– Берегись! – всполошенно заорал стоящий рядом Соник.

Увалень держал воздушное ядро наготове, чтобы можно было в любой миг швырнуть его. Пытаясь избавиться от собаки, он откинул поднятую руку, и в результате ядро будто сорвалось с цепи. Раздался громкий хлопок, когда оно улетело вперед вдоль стены.

Булавой попасть было трудно, я рисковал врезать по Пуху, поэтому переместил оружие в интерфейс и выхватил из ножен на ремне сверлонож. Пух упал на колени, рыча от боли, согнувшись пополам и пытаясь сорвать с себя собаку. Крутанув большим пальцем диск, я ударил. Сверлонож тонко загудел. Стоило этому оружию хотя бы немного проколоть оболочку, как бешеное вращение и особенности конструкции втягивали его внутрь жертвы. Нож дернул руку, входя в загривок шавки. Она заверещала, а я уперся ногой в ступеньку и рванул, выдрав из нее шмат плоти. За коническим клинком, наматываясь, потянулись длинные пласты мяса и жилы.

Когда я выключил нож, собака была уже мертва, а Мета сообщила о новом, шестом, уровне. Не сомневаясь, я вкинул очко в Дар.

Сбросив мертвого пса, Пух вскочил на ноги. По его шее текла кровь, куртка на спине потемнела.

– Малой! – крикнул он испуганно и побежал вперед.

Там два клона лежали неподвижно, один – расплющенный воздушным ядром, другой – зарезанный Скраем, которого пока не было видно.

Соник находился рядом со мной, а Тайм и Чуча пробирались вдоль стены справа. Из ниш перед ними одновременно выскочили еще несколько псов.

– Да сколько их тут?! – завопил Соник.

Чуча успела на пару шагов опередить Таймсквера, и когда показались новые клоны, ее фигуру окружил каркас светящихся линий, будто лазерных лучей. Они соединились плоскостями, образовав световой доспех. Голову скрыл шлем. Из кулака правой руки в две стороны выстрелили стержни света, на их концах выросли широкие плоские лезвия, будто лопасти весла.

Она бросилась вперед, вращая своим огромным оружием. Пригнулась, подрубила все четыре лапы первого клона, и пока он выл, пытаясь встать, раскроила череп второго от пасти до затылка. Кость лопнула, как разбившаяся об асфальт дыня.

Оттолкнувшись лезвием от пола, будто прыгун с шестом, Чуча взмахнула другой рукой, из которой выплеснулся клубящийся багровый хлыст. Она захлестнула его вокруг шеи третьего пса. Шерсть задымилась, он захрипел, а Чуча, пустив хлыстом волну, швырнула тварь через всю комнату и насадила боком на торчащий из бетонной стены штырь.

Клон еще издыхал, суча лапами, а она уже бежала дальше. Перед ней остались три пса, но первый из них оказался ловчее тех, с кем она успела разобраться. Он прыгнул на стену, сильно оттолкнувшись лапами, атаковал ее сбоку. Броня полыхнула светом, отражая удар, и Чучу бросило в сторону.