Мы не видели, как он столкнулся с противником, зато хорошо разглядели последствия. Мигнул алый взблеск, и одновременно все рубцы и шрамы Хирурга налились густо-зеленым светом, на несколько секунд покрыв тело уродливой сетью пятен и ломаных линий. В режущей глаза изумрудной вспышке Хирург с грохотом отлетел назад, перевернув раму с волкодавом. Но и Тайм не устоял – выпав обратно в нормальное время, он кубарем покатился в другую сторону.

Оказавшись у стены, я переместил булаву из интерфейса в правую руку и начал протискиваться вдоль края стола, где лежала туша мертвой собаки.

Кажется, изумрудная вспышка оглушила Таймсквера – он лежал навзничь и пока что лишь слабо шевелился. Чуча выругалась и побежала, замахнувшись хлыстом. Хирург схватился за опрокинутую раму. Несмотря на то, что вместе с массивным туловищем волкодава рама казалась очень тяжелой, он легко приподнял ее, защищаясь, и хлыст ударил по железу. Гибкий конец, исходящий багровой дымкой, случайно захлестнул за мохнатую голову волкодава и рванул ее. Пес захрипел сквозь стянутые челюсти.

Встав на колени, Хирург взревел: «Знаю, зачем пришли!» – и швырнул раму навстречу Чуче, которая в последний момент успела перескочить через нее.

Втянув в руку хлыст, она обрушилась на противника сверху, ударив заостренной лопастью оружия, как топором. Хирург двумя руками поставил блок. Я помнил, как легко Чуча прорубила хребет пса, и ожидал то же самое сейчас. Рубцы, покрывающие волосатые руки, сверкнули зеленым, и хотя от удара колени Хирурга глубоко ушли в слой костей, а сам он болезненно проскулил, но оружие Чучи со свистом отбросило назад, будто сработала большая и тугая пружина.

– Вам не получить псарню! – пролаял Хирург нечто непонятное.

Я рванулся, сумел выдраться из-за массивного стола и поспешил дальше, мимо следующего, на котором в кровавой луже лежали кости. Хирург бросил взгляд в мою сторону.

– Куда?! – рявкнул он. – Назад! Псарня моя!

Я по-прежнему абсолютно ничего не понимал в его бессвязных выкриках. Тем временем Чуча отшатнулась, едва устояв на ногах, но сумела воспользоваться инерцией своего длинного тяжелого оружия и, прокрутив его в руках, ударила Хирурга сбоку. Эту атаку тот отразить не успел. Лопасть отшвырнула его к столам, он свалился у моих ног, рыча и брызгая слюной, начал вставать.

На другом конце комнаты Таймсквер тоже вставал, ему помогал что-то взволнованно квохчущий Соник. Чуча шла к нам, оружие вращалось над головой, будто пропеллер грузового вертолета. Багровый хлыст снова выплеснулся из ее руки.