— Обязательно.

На вопросы журналистов отвечали четверо. Владелица лайнера, главный хирург, главный терапевт и главный пресс-секретарь. Общий смысл — операции прошли в штатном режиме, пациенты спят. С утра разрешено посещение родственниками. Через 2–3 дня — журналистами. Завтра будут работать уже 6 бригад.

Возвращалась с бизнес-центра уже вечером. В порт прибыла, когда уже стемнело. Южные сумерки короткие. У трапа стоял матрос.

— Вы к кому? — спросил он.

— К капитану Гардону.

— Сейчас спрошу. Как вас представить?

Но зазвонил телефон. Матрос прослушал, ответил «Есть, сэр».

— Проходите госпожа Роджер, мэм.

— Спасибо. Она подала руку, прося помощи подняться на трап. Матрос был достаточно хорошо воспитан.

— Вас проводят, мэм.

— Спасибо.

На палубе её встретил ещё один матрос.

— Наши поздравления, мэм.

— Спасибо.

Она чуть ли не плакала.

Офицеры ждали её в кают-компании. Ужин уже начался, но её место было уже свободно. Чуть позже прибыли капитаны с других кораблей. Ужин и беседа. Все её знали, многие лично. Дочь Старика Дика. А Майкл Гардон, капитан эскортного судна, знал лучше всех. Когда-то они хотели пожениться, но потом она предпочла Эриха Роджера, уже боевого офицера, а не курсанта. Хотя отец хотел, чтобы она стала Гардон, а не Роджер.

— Олимпия. Видели репортаж. Поздравляем. А когда рука?

— Позже. Что-то у них ещё не готово. Говорят, что 3–4 дня.

— А на работе? Отпустили?

— И да, и нет. Отправили с заданием.