— Скейтборд, но на другой подвеске. Ноги сюда. А дальше сам знаешь, как на колесе.

— Здорово.

— Вставай, она заправлена.

— А как она движется?

— Реактивный двигатель. Внутри небольшая турбина, по периметру сопла. Ну, вставай.

ОН щёлкнул переключателем. Макс встал, слегка перенёс массу тела вперёд. Доска приподнялась и полетела вперёд. В передвижениях она была так-же свободна, как и другая техника СЕМЬИ. Подросток сделал круг вокруг спортивной площадки, опробовав технику во всех режимах, подлетел к лавочке.

— Классная техника. Только скорость маловата.

— Это пилотный экземпляр, для испытаний. Завтра к папе. Он проинструктирует, даст задания по испытанию. И вперёд, испытывать.

— Дедушка. А коньки такие есть?

— Пока только в проекте. Некоторые логистические и технические сложности. Но мы их решим.

— Здорово.

Дети собрались около новой техники. Все хотели прокатиться на ней, или хотя бы постоять. Но в СЕМЬЕ расписание жёсткое. Вскоре все поехали делать уроки. Потом вечер, отдых, общение в кругу семьи. Зачастую, только тогда можно поговорить со своими родителями, и сегодня дети расскажут о новом скейтборде. СЕМЬЯ вмешивается и во внутрисемейные дела своих сотрудников. Для бизнеса важно, чтобы сотрудник был спокоен и сосредоточен на работе. Если кто-то из его семьи болеет, то он может запросить информацию о состоянии в службе информации больницы. Так-же важно, чтобы родители и дети могли посидеть, поговорить, обменяться мыслями, идеями, эмоциями. Иногда такие беседы заканчиваются техническим прорывом в работе, что «чревато» премией, а то и вкупе с дополнительным отдыхом. А в выходные с детьми — обязательно. Благо есть куда сходить.

ОН посмотрел вслед уехавшим детям, поднял и упаковал опытный образец обратно в коробку. Сел, задумался по проекту. Надо было обдумать одну идею, но она была вне принятых логических схем и техники. То есть надо было делать дополнительную схему работы устройства.

Старый Ульрих сидел в магазине. Его сноха убиралась, сметала пыль с полок, инструментов, протирала светильники. Он бы уже давно отошёл от дел, но здоровье ещё позволяло. Оно ухудшилось как-то раз, но его направили в Лондон. Всего неделя, а он как 5 лет скинул. Сын в мастерской. У него заказов на 3 месяца работы, и ещё приходят. Он делает не только гитары. Скрипки, контрабасы, другие струнные и смычковые. Нашёл человека, который делает ему на заказ корпуса, из его сырья. Звучание инструмента значительно улучшилось. Инженеры всего мира бьются над новыми профилями, покрытиями, чтобы превзойти его. Но пока тщетно. А он работает. Корпуса — только оболочка для электронной системы и системы резанации звука. Его инструмент стоит дорого, но он того стоит. Вновь живые музыканты востребованы на музыкальном рынке. И всё благодаря его инструменту.