Но зазвонил колокольчик. В магазин вошли четыре штурмовика. Красно-коричневая форма, подтянутый вид. У всех значки членов молодёжной организации СРПГ. Они начали осматривать инструменты. Но там одни муляжи, болванки, демонстрирующие размер и форму. На них можно поиграть, но без электроники. Многие покупают их для обучения своих детей, как первый инструмент. Те, кто поопытней, заказывают на их основе электронный инструмент. Профессионалам его сын делает просто шедевры. Он женился летом. Девушка из семьи простых бюргеров. У них небольшой магазинчик, так что учить её не надо. Немного играет на скрипке, хотя до Марты ей очень далеко. Но уже может продемонстрировать все преимущества инструмента своего мужа. Штурмовики походили по залу, подошли к стойке кассы. Не все. Один задержался около двери, рассматривая гитары.

— Старик. Где твой сын?

— Работает. У него посетитель.

— Нам он нужен. Есть сведения, что он отвратительно отзывается о Партии и Канцлере.

— Это ложь. Он обычный, нормальный немец, преданный фатерлянду.

— Не юли. — прервал его штурмовик. — Он опасный преступник, желающий разрушения Рейха. Ребята. Найдите и задержите его.

Двое пошли в боковое помещение. Но Ульрих уже нажал кнопку тревоги. Его руки мирно покоились на столе, кнопка по ногой. В полицию уже поступил вызов, но его беспокоили штурмовики. Полиция могла не успеть. Он хорошо знал посетителя, пришедшего к его сыну. Его сноха вжалась в угол, со страхом смотря на происходящее. А он улыбался, считая в уме время. Где-то 30 секунд им надо, чтобы дойти до мастерской. И через 30 секунд они вылетят через эту-же дверь.

— Чему радуешься, старик? — спросил штурмовик.

— Я узнал тебя. Трудно играть на гитаре сломанными пальцами?

— Да, ты прав.

Но он не закончил. Дверь слетела с петель вместе с телом одного из штурмовиков. За ним вылетел второй. Вышел перекаченный мужчина 25–30 лет с татуировкой двух звеньев цепи на плечах. Илья только начал осваивать цепь, но на два звена уже сдал. А на анаболиках СЕМЬИ он серьёзно нарастил мышечную массу. Так что ему пришлось приспосабливаться к музыкальным инструментам снова. Но пальцы он берёг.

По взгляду штурмовика Ульрих понял, что тот тоже узнал Илью, и не ожидал увидеть его здесь, да ещё в таком виде. Четвёртый бросился бежать, но дверь была блокирована, а стекло ударостойкое. Так что он налетел на входную дверь, ударился, и отлетел внутрь. Полуоглушённые штурмовики лежали на полу.

— Ты им ни чего не сломал? — спросил Ульрих Илью.

— Нет. Разве что синяк под глазом будет.

Илья уже сносно освоил немецкий. Надо как-то общаться с родственниками.