Чоли потрясенно молчала, не в силах вымолвить ни слова. Было ясно, что худенький робкий мальчик из далекого прошлого никак не мог у нее в голове соединиться с этим облаченным в сталь демоном, с волшебной легкостью сеющим вокруг лютую смерть.

– Да что мы тут встали, – продолжал Ричард. – Пойдем, у меня к тебе предложение. Чоли, иди ко мне поварихой. Война и всякая такая глупость кончается, будешь жить в королевском дворце, управлять помощниками, жалованье – две тысячи фунтов, будет у тебя и почет и поместье, где захочешь, готовить будешь только мне… Соглашайся, лучшего тебе никто не предложит. А где твой сын? Где Маркус?

– В Данбаре… у барона, – едва слышно прошептала Чоли.

– Надо забрать его, там хорошему не научат… Дадим ему образование, он парень способный, а пока побудет при тебе… Соглашайся, Чоли. Прямо сейчас дам тебе в помощники двух толковых ребят. Хамершема ко мне! Это мой начальник тыла, сейчас я вас познакомлю. Соглашайся, Чоли, в Лондоне будешь жить! Твой гороховый суп, бог ты мой!

И надо сказать, эта часть герцогского замысла удалась вполне. Чоли действительно стала главной королевской поварихой, под старость даже получила титул и всю жизнь пользовалась монаршими милостями. Новый хозяин, сэр Эндрю, со вкусом расположился в замке Тиксолл, которым так мечтал завладеть, и тоже не переставал славить доброту и мудрость Ричарда Глостерского.

А вот из затеи с его братом Донни у Глостера ничего не вышло. После всех произведенных манипуляций тот стал быстро чахнуть, и в конце концов пустяковая пневмония, несмотря на все усилия врачей, оборвала многообещающий эксперимент. Ричард был очень огорчен и закатил страшнейший нагоняй всему ответственному персоналу.

* * *

Первым, прямо у самых ворот Рочестерского замка, Ричарда встретил дворецкий, служивший еще у прежних Норфолков.

– Заперся наверху в башне. Ни с кем не хочет говорить, кроме вас.

Ричард поднялся наверх, и тут, у коричневой двери, по которой плотно разбегалось прихваченное сквозными болтами кованое кельтское кружево, его дожидалась Урсула.

– Ну, что за новости? – спросил он.

Колыхнув необъятным облаком черных волос, Урсула сумрачно посмотрела в сторону.

– Был разговор. Я сказала «нет». Ну и вот.

Ричард покачал головой, толкнул дверь и стал подниматься по ступеням винтовой лестницы. На площадке, у арки бойницы, он остановился у второй окованной двери, постучал и сказал:

– Лу, это я, открой.

– Там открыто, – отозвался голос изнутри, и Ричард вошел.

Шестигранная, практически пустая комната объединяла пространства бывшей галереи «навесного боя», толстостенным балконным выступом опоясывавшей всю башню – архитектурного ухищрения, задуманного в не столь уж давние времена осад и крепостных арбалетов. Король Англии, его величество Эдуард VI сидел на подоконнике переделанной в окно широкой бойницы, под проемом которой не было ни карниза, ни даже стены – лишь короткий, почти вертикальный каменный откос, и дальше – сорокаметровый обрыв до самой земли. Это был явный знак, и Ричард этот знак оценил вполне. Рядом с королем стоял небольшой переносной террариум с автономным обогревом – там расположился Мистер Батлер, впечатляющих размеров жаба, любимица короля, которую он собственноручно спас еще в виде полумертвого головастика, выходил и выкормил мучными червями. Теперь Мистер Батлер, проявляя недюжинные интеллектуальные способности, Эдуарда признавал, приветствовал на свой манер и, судя по всему, души в нем не чаял.