Ну вот, елки-перепелки! Снова эта метка! А как же я? Я же все-таки красивше, чем этот непонятный комок из линий!

— Странно, — пробурчал король, внимательно изучая мои руки, — а нету метки. Как ты ее спрятала? Это же невозможно!

— Не может быть! — Рандаргаст в один прыжок оказался рядом и тоже уткнулся носом в мои руки. От его прикосновений у меня потеплело на душе и снова стало легче дышать. — Я же сам, лично, открыл ей метку!

Они переглянулись.

— А ты что — можешь? — Заинтересованно спросил король. Рандаргаст смутился.

— Ну … физически да. Правда, не имею на это права. Если Орден об этом узнает …

— Я ничего не слышал, — поспешно перебил его король и снова завертел мою руку, будто пытаясь вывинтить ее из плеча, — так куда же она делась?

— А я почем знаю?

У меня было странное ощущение, что я стою тут эдакой королевой бала и за меня борются двое мужчин. Каждый настойчиво тянул руку к себе и гнул мои запястья во все стороны.

— Ай! — Вскрикнула я, не выдержав, и Рандаргаст испуганно вскинул глаза. — Мне больно!

— Прости, де … девушка. — Сбивчиво бормотнул он. Король расплылся в улыбке до самых ушей. Кажется, он все понял. Затем лицо его снова приняло печальный вид.

— Как жаль, Рандаргаст, потерять такую вот замечательную ведьмочку. А ведь она могла бы жить где захочет … ну там, в деревне кобольдов, к примеру … или в колонии эльфов … да хоть в семье дракона западного предела! Как ты думаешь?

Мои руки выскользнули из ладоней Рандаргаста, он отвернулся, стараясь не смотреть мне в лицо.

— Да, ваше величество. Я согласен. И даже пытался этому посодействовать. Но эта упрямая девчонка закусила удила и теперь сама хочет, чтобы в ее сердце прорастили Древо Чистоты. Она сбежала от меня, чтобы самостоятельно добраться до дворца — представляете?

— С ума сойти! — Покачал головой король и глаза его округлились. — Зачем? Почему?

— Я должна. — Коротко ответила я. — Не могу сказать почему. Не потому, что не доверяю вам, а потому, что тогда все может пойти наперекосяк и ничего не получится. Простите.

— Ты чего-нибудь понял, Рандаргаст? — Удивленно вздернув брови спросил король и покачал головой. — Ты хоть знаешь, что это такое? — Снова обратился он ко мне. — Каждый из девяти дней — это другая, новая боль и всякий раз она силь …

— Хватит! — Рявкнул вдруг Рандаргаст не своим голосом и, в наступившей тишине, добавил дрогнувшим голосом: — простите меня, Ваше величество, я не хотел … просто не надо. Она и так напугана.

— Я должна, — с тоскою повторила я, отвернувшись, чтобы не видеть Рандаргаста, — я обещала кое-кому пойти на эту казнь. Не человеку и не существу. Темному богу.