– Просто хотел помочь. А то ты такая нервная, что решительно не соответствуешь гордому званию покойницы. – Мэт устремился из комнаты следом за ней, проплыв сквозь огонь в жаровне. – Сплошные подозрения с твоей стороны, сплошные подозрения… и на каком основании?

– На том, что ты чёртов демон. А вами всегда руководят не самые добрые побуждения.

– Вопиющая дискриминация по расовому признаку. Немножко не вписывается в твой образ хорошей девочки, как считаешь?

К счастью, за дверью Ева нос к носу столкнулась с Эльеном, так что необходимость (и возможность) поддерживать беседу отпала.

– Что они творят?! – воскликнул призрак, всплеском рук указывая на окно.

– Мирятся, как я понимаю, – безнадёжно откликнулась девушка.

Эльен посмотрел за ромбовидные стёклышки, объединённые тёмным деревом переплёта.

Внизу Миракл, как раз расшвырявший очередную порцию теней, прорывался к Герберту сквозь сноп зелёного пламени, зловещим фейерверком разбивавшегося о его клинок.

– Своеобразные у них, однако, методы.

– Герберт во всём своеобразен. – Ева устало прижала к холодным щекам отогретые пальцы, ещё хранившие постороннее тепло. – Эльен, у меня к вам будет одна просьба… Хотя нет. Пожалуй, три.

Когда братья наконец ввалились в гостиную (оба и даже в относительно приличном состоянии), Ева ждала там – отвлекаясь тем, что нервно выстраивала на чайном столике по высоте склянки, чашки и бутылки.

– Смотрю, продуктивно провели разумный разговор двух взрослых людей, – скрыв облегчение, прокомментировала она. Обвела ладонью дымящиеся кружки с фейром, бутылку с местным виски, два резных бокала, керамические миски и пузырьки с лекарствами. – У меня здесь богатый ассортимент. На выбор средство от синяков, ожогов и открытых ран… Ещё фейр и нечто покрепче, которое вроде называется рэйр. На названия напитков, уж извините, ваша фантазия оставляет желать лучшего. С чего начнём?

– Синяки, – выдохнул Герберт, опускаясь в кресло подле неё. – И здесь точно требуется что покрепче.

Пока Ева выливала в миску розоватый раствор из склянки, заботливо предоставленной Эльеном вместе с устной инструкцией, некромант молча и щедро плеснул рэйр в оба бокала. Так же молча протянул один Мираклу, занявшему кресло напротив, – тот принял предложенное без промедлений и возражений.

Какое-то время оба просто пили, пока в камине стеклом позвякивали угли, а Ева хлопотала над лицом Герберта, устраивая целебный компресс ссадине на бледной скуле и зреющему над ней фингалу.

– Повезло тебе, что я был сегодня добрый, – изрёк Миракл небрежно. – И не особо старался.