– А я и в самом деле хотел раздобыть немного золота, а потом вернуться к ней в Товилийс, – извиняющимся тоном начал Фафхрд. – Но что-то постоянно мешало, обычно именно отсутствие золота.

– Фриска никогда тебя не винила, – поспешила успокоить его Пальчики. – Она всегда вставала на твою защиту, когда тетушка Ививис принималась тебя бранить. Она обычно говорила что-то вроде: «Он должен был остаться с тобой и позволить этой мартышке топать восвояси», а матушка обычно отвечала: «На это не приходилось надеяться с самого начала. Они ведь друзья на всю жизнь».

– Фриска всегда отличалась великодушием, – подтвердил Фафхрд. – Так же как и Пальчики, Серый, – добавил он, покачав указательным пальцем у того перед носом. – Понимаешь ли ты, что грохот, который ты учинил своими пальцами, спас мою жизнь, но едва не убил ее? Без чувств упала она на ту самую скамью, где мы сидели, когда ты вдруг вылез из-под земли, пыхтя и отдуваясь, точно разъяренный крот, – да и я отключился тоже, упал там же, прямо рядом с дочерью. Вот и Афрейт скажет тебе то же самое, она не меньше четверти часа промучилась с нами, пока мы начали подавать признаки жизни.

– Это, безусловно, правда, – подтвердила высокая блондинка, чьи фиолетовые глаза озорно сверкнули. – Именно столько времени я и делала ему искусственное дыхание, пока он не начал соображать хоть что-нибудь. А Гейл, которая проснулась как раз вовремя и пришла мне на выручку, делала то же самое для Пальчики.

– Да, – отозвалась девочка, – а ты, когда пришла в себя, первым делом укусила меня за нос, как неблагодарный слепой котенок.

– Тебе надо было меня отшлепать, – добродетельным тоном отвечала илтхмарка.

– Так и сделаю, как только представится возможность, – мрачно пообещала ей Гейл.

– Если уж на то пошло, то я и сам потерял сознание на самом интересном месте, – включился в игру Мышелов. – Все зависело от того, удастся ли мне повторить щелчки старого Квармаля так, чтобы каждый последующий звучал громче предыдущего, а это отняло у меня все силы. Выжатый как лимон, я ушел под землю, стеная, как дух, и какая-то сила, которая переносила меня под землей с места на место, принесла меня сюда, где я и дожидался живительного поцелуя Сиф.

С этими словами он медленно покачал головой, поднял брови и развел руки в полном недоумения жесте. Но тут же, словно позабыв о только что высказанном недоумении, Мышелов сменил позу (казалось, все, кто был в туннеле, издали вздох облегчения) и с улыбкой обратился к Фафхрду:

– Ну а ты, старый друг, расскажи, как ты расстался со своими волосами? И похоже, не только на голове, судя по тому, что я вижу. В моих подземных странствиях я тоже, должно быть, потерял часть волос, да и кожи, от постоянного соприкосновения со скалами, глиной, песком и землей. Во всяком случае, моя одежда сильно пострадала. Но как все объяснить в твоем случае?