Солдаты Райна следовали за моими людьми, грохоча нефритовыми доспехами. От их тяжелых шагов дрожала земля. Мы сильны. Мы едины. Мы победим.

Я бросился вперед, желая присоединиться к своим бойцам, но тут же с криком рухнул на землю. Выдернув из бока теневой метательный нож, я наблюдал, как он рассеивается в моей руке, словно дым. Сверху послышался злорадный голос Дерриена.

– Я слишком долго ждал этого момента. – Он усмехнулся и призвал тень, с легкостью превращая ее в косу. – На этот раз я последую твоему совету и замараю руки. Приберегу стрелы для кого-нибудь еще. Ты умрешь у меня на глазах, Нок.

Я отполз назад и встал. Вся моя ярость обратилась против предателя Круора. Этот человек бросил меня, когда мне нужна была его помощь. Затем он пытался похитить Лину и требовал отдать ему Круор.

Кровь, что сочилась из раны в боку, отреагировала на мой гнев, и я выковал огромный двуручный меч. Даже в тусклом свете солнца оружие блестело, словно жидкость.

– Покончим с этим раз и навсегда, – прорычал я.

– Согласен.

И с этими словами мы бросились друг на друга, прекрасно зная, что не остановимся, пока кто-то из нас не умрет.

Тридцать седьмая глава. ЛИНА

Тридцать седьмая глава. ЛИНА

Окнолог влетел в плотное черное облако. Размахивая крыльями невероятных размеров, он окутал все дымом, лишая меня возможности ориентироваться в пространстве. Я смотрела на его блестящий чешуйчатый хвост и надеялась, что он не приведет меня в ловушку. Снизу доносились звуки сражения. От криков людей и зверей у меня болезненно сжимается сердце. Когда я только подлетела к полю бою, то не поверила своим глазам. Нок и моя семья попали в окружение. Армия Варека в три раза превосходила наши войска численностью. В моей крови вспыхнул гнев, и я призвала всех своих существ, которых смогла. Всех тех, кто мог сражаться и защищать наш мир.

Не знаю, как долго я смогу продержаться. Мое тело уже дрожало от напряжения, на лбу и шее проступил холодный пот. Но я не могу об этом сейчас думать. Мне нужно сосредоточиться на Язмин и Окнологе.

Когда дракон прилетел в Вильхейм, он склонился над бесчувственным телом Язмин и проглотил висящий в воздухе светящийся шар. А затем Язмин резко вдохнула, и ее глаза распахнулись.

Кост был прав. Она пожертвовала своим сердцем и стала единым целым с Окнологом. И я не смогла остановить ее.

Оникс обеспокоенно взвыл, возвращая меня в настоящее. Я потеряла Окнолога из вида, что казалось невозможным, учитывая его размеры. Однако вокруг я не видела ничего, кроме дыма.

– Вверх, – сказала я, направляя Оникса к скрытому за дымными облаками солнцу.