Пролетая над темной прибрежной областью, где тут и там попадались отдельно стоящие коттеджи и бунгало, австралояпонец видел по отдельным признакам, какое опустошение принес рой. Многие дома были без стекол. Брошенные машины, несколько дрейфующих катеров и яхт в прибрежных водах, погибшие посевы на фермах и в садах, мертвые тела тут и там, Синохара ощутил укол совести. Но это ощущение задержалось всего на пару секунд.

«Совесть — это самомнение. Когда ты считаешь себя слишком чистым и благородным, чтоб запачкаться».

На дальних подступах к лагерю мятежников, большинство тел оказались с пулевыми отверстиями. Часть дронов была вооружена электромагнитными рейлганами, но еще больше — обычным огнестрельным оружием, включая трофейное, которое они собирали у трупов ребелов и модернизировали под себя, обрезая стволы и казенную часть до нужной им длины. Меткость оставляла желать лучшего, но за «креативность» железяк можно было только похвалить, если бы роботы нуждались в поощрениях. Ведь Гарольд не давал им подробных инструкций на этот счет. Просто дал команду использовать по максимуму трофейное вооружение.

Самые совершенные интегрировали в себя трофеи так грамотно, что можно было подумать, что это была заводская сборка. Даже трофейные патроны и гранаты шли в ход.

На подступах к командному пункту около двух сотен повстанцев были сожжены заживо или смешаны с землей вместе с их окопами и укрытиями с помощью рельсовой артиллерии и ракет, которые прилетали чуть ли не из-за горизонта.

Мощных укреплений они не построили, да это их и не спасло бы. Чердаки домов, сараи, неглубокие криво вырытые блиндажи, блокпосты из железобетонных блоков и плит — становились их могилами.

Но таких случаев было не так много. Синохара всего однажды запрашивал ракетный удар и трижды — удар рельсотронов. Причем применил их только там, где мирному населению даже теоретически нельзя было оказаться. Предписано было минимизировать случайные потери. В остальном справлялся своими силами.

Чем ближе к командному пункту, тем трупов становилось больше. У некоторых были ожоги, как от тока высокого напряжения.

После тщательно разведки австралояпонец зашел в большой каменный дом, где должен был укрываться штаб дивизии «Черной гвардии», носившей имя Нестора Махно, через гаражные ворота из умного металла. Ворота узнали его, будто он был владельцем этого дома, и свернулись в рулон, пропуская его. Ему даже не пришлось их взламывать. Это уже сделали его роботы.

Хотя все в этом доме, похоже, было хакнуто уже не раз. Вряд ли анархисты его честно купили.