Одного такого с погонами лейтенанта Мексиканской Народной Армии он увидел лежащим в углу на полу, рядом с мертвой женщиной в фуражке и тоже со знаками различия МНА, которую тот зачем-то пытался закрыть собой. Только просканировав его показатели, Гарольд понял, что повстанец еще жив. Он ничего не видел, взгляд его был пустым, а электрическая активность головного мозга почти отсутствовала. Работали только вегетативные системы, в частности, сохранялось слабое дыхание. Синохара тут же провел над ним гуманную эвтаназию, чтоб избавить его от мучений. Хотя тот вряд ли испытывал страдания, но австралояпонец все равно посчитал, что это непорядок. Можно было попытаться его откачать для допроса, продлить его мучения еще на сутки… но нет, не стоит.

Второй выживший обнаружился в узкой каморке, где стоял сейф и старое серверное оборудование на стеллажах. Это был пожилой мужчина в джинсах и футболке с флагом ГДР, популярного у молодежи фасона. Успел надеть дыхательную маску (но, видимо, слишком поздно). Аккуратная стрижка, интеллигентное лицо. Ни дать, ни взять, инженер или наладчик кода, а не тот, кто приводил в исполнение приговоры нарушителям партийной дисциплины. Синохара узнал его.

Анархист не мог двигаться, но мог шевелить глазами и смотрел на капитана со смесью боли и ненависти. Разум его тоже сохранился. Говорить он не мог, но его губы прошептали какое-то ругательство. “Maricon”.

Сам ты это слово.

Синохара достал смарт-аптечку и прижал ему к шее. Устройство пожужжало, а потом ввело врагу целый коктейль из обезболивающих и стимуляторов. На этого субъекта была ориентировка, звали его Энгельс Аурелиано Гарсиа, поэт, автор коротких рассказов, сетевых текстов и международный террорист. Помощник главы всей «Черной гвардии» (хоть они и заявляли, что у них нет вождей, а все решает прямая демократия). На всех аватарах он был во френче, в галифе и в кепи с черным молотом. Но в жизни он, видимо, так не ходил.

Вот это важная птица. За такое будет поощрение. Конечно, пленных мало, можно было штурмовать и аккуратнее. Но нельзя было рисковать. Они могли успеть тут подорвать все. Поэтому смерть должна была настигать их быстро.

После этого капитан передал пленного под попечение роботов, которые вытащили его наружу как мешок с картошкой. А сам продолжил осмотр.

Рядом с тем местом, где лежал полумертвый командир-поэт, Синохара увидел среди убитых врагов совсем молодого парня… хотя нет, девчонку с короткой стрижкой. На вид ей было лет четырнадцать, но могло быть и меньше — все-таки акселерация. Любовница? Дочка? Внучка? Те, у кого масса тела меньше, умирали быстрее. Но при ней было оружие, и поэтому она была законной целью для ботов. Автомат АК, китайский, огромный и неуклюжий рядом с ней, естественно, был не игрушечным — как это могло бы быть в каком-нибудь сопливом кино. Ну кто в переведенном на военное положение городе, в штабе повстанцев, будет ходить с игрушечным автоматиком? Особенно девчонка с татуировкой на руке: “"5.10.2059. No olvidaremos. No perdonaremos. Sangre por sangre".