— Уже здесь, ваше сиятельство.

— Я же сказал сразу доложить!

— Но его благородие прибыли только что. Он поднимается к вам, ваше сиятельство.

— Хорошо. Ты можешь идти!

— Слушаю, ваше сиятельство.

Слуга удалился, а Степан Волков вошел в кабинет князя. Тот бросился к нему с мольбой:

— Степан Андреевич!

— Здравствуйте, князь. У вас неприятности?

— У меня горе, Степан Андреевич. Получил письмо.

— От графа Бирена? — предположил Волков.

— Вы знаете?

— Я догадался, князь. Слухи об управителе вашего имения дошли до государыни.

— Именно так граф и сообщает. Государыня мною недовольна! И все из-за сего вурдалака. Но имение Архангельское не мне принадлежит. Это собственность моего брата, а он ныне за границей. Есть у вас хорошие новости, Степан Андреевич?

— Я только вчера вечером вернулся, Антиох Дмитриевич. Но ничего определенного сказать не могу. Только мои семейные дела странным образом переплелись с вашими.

— Как так, Степан Андреевич?

— А так, князь. Моя жена связана с Каcсандрой Кантакузен, вашей матушкой.

— Как может сие быть, Степан Андреевич? — удивился Кантемир.

— Скажите, князь, что вам известно о Воде жизни?

— Господин Волков! Какая Вода жизни?

— Я, князь, по делу спросил. Скажите мне вам известно что-то о Воде жизни?