Незнакомец пристально посмотрел на нее и отвернулся:

– Прошу, друзья мои, к этому скромному очагу. В багаже моего слуги наверняка отыщется не такой уж скромный запас запрещенных веществ.

Он махнул рукой в сторону груды остывшего пепла, последовала магическая вспышка…

Ближайший куст охватило пламя.

Чужеземец вздрогнул:

– Приношу свои искренние извинения. Уверяю вас, это непреднамеренно.

Он снова совершил жест, и в очаге появились дрова, которые тут же затрещали, и от них потянуло теплом. Тем временем куст продолжал пылать, разбрасывая во все стороны странно окрашенные языки пламени. Искоса глядя на него, Сторкуль Очист придвинулась ближе к огню. Позади нее негромко ворчал и шипел Инеб Кашель, похоже подбираясь к бутылкам с вином.

– Только не думай, – сказала рыцарь, – что я пришла сюда с намерением предаваться нездоровым излишествам.

– Нездоровым, говорите? – Чужестранец наморщил широкий лоб, копаясь в потрепанном кожаном мешке. – Это лишь вопрос мировоззрения. Я по большей части предпочитаю вино, считая его целительным и в умеренных дозах воодушевляющим. Так что ничего нездорового в нем нет.

– Спиртное отупляет мозг, – резко возразила она. – По сути, постепенно его убивает. И что еще опаснее, оно проникает в кровь и ослабляет естественную дисциплину.

– Естественную дисциплину? Боги, что за странная идея!

– Ничего странного, – парировала Сторкуль Очист. – Это механизм, посредством которого реализуется инстинктивное стремление к здоровью.

– В противоположность благополучию?

– Здоровье и благополучие не противоречат друг другу.

– Весьма пылкое заявление, уважаемая госпожа Очист. О, прошу прощения, я не представился. Меня зовут Бошелен. Как вы сами можете видеть, я всего лишь мирный путешественник, не имеющий ни малейшего намерения – воистину ни малейшего – поселиться в вашем славном городе.

– А что с вашими быками, Бошелен? – спросила она. – У них такие странные глаза…

– Просто редкая порода…

Фыркнув, Инеб Кашель вскарабкался на первую винную бутылку и потянулся крошечным язычком к горлышку:

– Мням… умм… ням…

Язык его по-кошачьи быстро замелькал на фоне темного, покрытого оспинами стекла.