– Я же сказал!

– Нет, не сказал!

– Заткнитесь оба! Я что-то слышу! – Плакса шагнула в проход. – Голоса. Слабые. Тихо… я почти могу их различить.

– Что они говорят? – поинтересовался Мортари.

– Они спорят… спорят о том, у кого конец веревки. Погодите! Симон нашел свечу! Идемте! Они обнаружили настоящий туннель!

– Туннель? – воскликнул Барунко. – Здесь? Под землей?

– Плакса? – позвал Мортари.

– Чего?

– Что мне делать с этим веревочными концами?

– Сколько их у тебя?

– Два.

– Возьми с собой оба, – посоветовала она. – Могут пригодиться.

Проход был узкий, под ногами скользило, но внезапно появившееся впереди пламя свечи помогло им добраться до остальных. Под уступом высотой в половину человеческого роста на полу туннеля сидели Симон, Ле Грутт и Лурма.

Плакса спрыгнула с уступа. За ней последовали Мортари и Барунко.

Туннель был широкий, с низким потолком, который образовывали сходившиеся друг с другом каменные блоки. Стены по обеим сторонам покрывали ярко раскрашенные фрески, а пол был выложен блестящей мраморной плиткой. Взяв у Симона свечу, Плакса поднесла источник света ближе к одному из изображений:

– Ничего знакомого – им, вероятно, много тысяч лет. Нет, погодите… Уж не новый ли это король? – Она провела пальцем по фреске. – Краска еще не высохла!

Барунко принюхался:

– Дерьмом несет.

Лурма закатила один глаз:

– Вечно тебе что-то кажется, Барунко.