– Отлично выглядишь, – сказал я, высвобождаясь.

Лу рассмеялась:

– Со мной Росточек. У меня появился дом. Я снова обычная смертная, и ни о чем не жалею.

Я едва сдержался, чтобы не добавить «Я тоже». Мне стало немного грустно. Прежний Аполлон не понял бы этого, но мысль состариться здесь, в чудесном зеленом доме в пустыне, смотреть, как Мэг взрослеет и превращается в сильную энергичную женщину… была не так уж плоха.

Лу, видимо, заметила, что я опечалился, и указала на кресло-качалку:

– Ладно, не буду мешать экскурсии. Сборка кресла из «ИКЕА» для меня самый сложный квест за последние годы.

Мэг привела меня на террасу как раз в тот момент, когда дневное солнце зашло за горы Сан-Хасинто. Моя солнечная колесница теперь направилась к дому, лошади радостно предвкушали конец поездки. Я должен был вскоре присоединиться к ним… слиться воедино с другим собой во Дворце Солнца.

Я посмотрел на Мэг, и она смахнула слезу.

– Наверное, ты не сможешь остаться, – сказала она.

Я взял ее за руку:

– Дорогая Мэг.

Некоторое время мы стояли так в молчании, наблюдая, как в саду работают полубоги.

– Мэг, ты столько сделала для меня. Для всех нас. Я… Я обещал наградить тебя, когда снова стану богом.

Она начала было говорить, но я перебил ее.

– Нет, постой, – сказал я. – Я понимаю, что это унизит нашу дружбу. Я не могу решать человеческие проблемы щелчком пальцев. Я понимаю, что тебе не нужна никакая награда. Но ты всегда будешь моим другом. И если я когда-нибудь тебе понадоблюсь, даже чтобы просто поговорить, я всегда буду рядом.

У нее задрожали губы:

– Спасибо. Это здорово. Но… вообще-то я была бы не против единорога.

Ей снова это удалось. Она продолжала удивлять меня. Я рассмеялся, щелкнул пальцами – и на склоне холма появился единорог. Он заржал и забил землю своими золотисто-жемчужными копытами.

Она обхватила меня руками: