Где-то за спиной неистовствовал Мак, Бадди метался по катеру, не в силах разорваться между хозяевами, нарезая круги вокруг кокпита и оглашая окрестности хриплым лаем, почти терявшимся на фоне пальбы, а я продолжал отстреливать абсолютно безучастных к собственной судьбе спеков. Позицию я занял выгодную, на господствующей высоте, за что сейчас горячо себя благодарил. Спрыгни я по примеру Макдугала на «пятак», и пришлось бы гораздо сложнее. А так бил на выбор, беспокоясь лишь об одном: как бы патроны не кончились в самый неподходящий момент.

Выстрел! Минус один! Выстрел! Выстрел! Есть! Выстрел! Щелк!.. Магазин вон! Рвануть новый из поча, вбить заученным движением в приемник, сбросить затворную задержку! Готов! Чего?.. Куда делись?! Надо же, всех перестрелял…

«Зевс, как Эли?»

«Процесс активен. До завершения 00:03:11… 00:03:10… 00:03:09…»

Это что же, мы всего пять минут, как отстреливаемся?! А мне показалось, что целую вечность уже…

— Мак, тебе помочь?!

Выстрел, выстрел, выстрел…

— На хрен! Своих секи!

— Кончились.

— У меня вроде тоже… патроны есть?

— Последний магазин, — сообщил я, машинально обхлопав разгрузку. — И один в автомате.

— Давай сюда, я пустой.

Хреново, грустно подумал я, переправляя «рожок» напарнику. Подходить не стал, просто швырнул в его сторону. Мак, что характерно, не подвел, почти лениво выхватил подарочек из воздуха и, продолжая движение, безошибочно воткнул его в приемную горловину. Щелкнул затвором.

— Спасибо, Дэнни-бой, ты настоящий друг. Что делать-то будем?

— Ноги будем делать, мистер Макдугал, ноги… если успеем. Пару минут еще продержаться, и Зевс обещал связь с Алиской.

— Остается гребаная надежда, — вздохнул Гленн.

Потом ведь еще ей нужно будет объяснить, что к чему… Мак же не знает, что Зевс пытается докричаться до «цифровой» личности, обмен информацией с которой будет осуществляться на совсем иных скоростях. Но даже я не дал бы гарантии, что сразу же взлетим. Наверняка придется еще минуту-другую накинуть.

— Вуф!!!

— Где?!

Среагировавший на мой вопль Бадди рванул к краю «пятака» почти на границе моего сектора, но в противоположной стороне от Гленна, а я вскинул автомат, выцеливая врага. Такового, впрочем, не обнаружил, зато, проследив за взглядом пса, заметил на поверхности аморфеума странные завихрения, почти такие же, как у борта «землянина», только гораздо мельче, и на рефлексе всадил в них очередь на три патрона — вернее, попытался, напрочь забыв о переводчике огня в режиме «одиночные». Пришлось выжать спуск еще дважды. Пули с глухими шлепками канули в толще местной почвы, а вихри, обратившиеся в чуть более крупную воронку, такое ощущение, прибавили скорости. Аномалию я разглядел, когда она была метрах в двадцати от катера, так что после резкого ускорения она оказалась непосредственно у стенки «пятака» через считанные секунды. И среагировал я лишь после того, как образовался и лопнул здоровенный пузырь, явивший миру… нет, вовсе не кракозябру с тентаклями, а банального спека. Новенького, с иголочки! И этот спек, как мне показалось, чуть ли не выпрыгнул из аморфеума, навалившись на бетон площадки грудью и выбросив перед собой руки. На наше счастье, схватиться ему оказалось не за что, а тут и я начал действовать, то бишь всадил прямиком ему в лоб очередную пулю. Которых, замечу, осталось всего ничего! Энергии этому миниатюрному метательному снаряду как раз хватило, чтобы смести незваного гостя с «пятака», и он рухнул спиной в аморфеум… который в прямом смысле слова расступился, аки библейские воды перед библейским же Моисеем. Не успела образовавшаяся каверна затянуться, как вокруг нее начали лопаться очередные пузыри — один… три… семь… черт, со счета сбился!..