Таркелья уже в первый день начала вести себя довольно странно, хотя Неман ее отчасти понимал. Она заперлась в своей комнате, изучая найденные ими останки и сохранившиеся ткани инопланетян. Выходила она редко, а если к ней кто-то стучался, то выпроваживала. В конце концов Таркелья отдала Игорю оба носителя информации, пожелав ему получить к ним доступ за два дня, иначе она обещала убить их обоих за то, что они отвлекают ее и не приносят никакой пользы. Чтобы не терять времени зря, контрабандист начал изучать материалы, полученные с «Края горизонта». Для него это было ново, а в конце концов и скучно, но он старался вникнуть в найденные тексты, даже иногда балуясь их переводами. Получалось не очень.

В конце второго дня девушка вышла из своего добровольного заточения с удивительными новостями. Когда на кухне она рассказывала о своих открытиях парням, то Неман снова очаровался той энергией, что излучала археолог, делясь с ними действительно шокирующими новостями. Углеродный анализ показал, что останкам порядка шести тысяч с половиной, плюс-минус двести лет. На вопрос, почему все так хорошо сохранилось, Таркелья ответила, что во всем виноват климат планеты. Тем более, в башне останки вообще почти никакому воздействию не подвергались.

— А вторая новость? — спросил Игорь.

Девушка слегка замялась, а затем выпалила, что обнаружила в животных тканях защитников некий вирус, явно чужеродный организмам инопланетян. Он довольно глубоко проник в кости существ, как бы вгрызаясь в них изнутри. Собственно говоря, рассказывала Таркелья, этот вирус был везде: и на стенах домов, и внутри них, и на скафандрах инопланетян.

Неман с Игорем тут же заволновались, но археолог успокоила их.

— Если бы вирус мог нас убить, то уже сделал бы свое дело.

Контрабандист не сказал бы, что ему сразу же стало легче, но Таркелья выглядела такой спокойной, что со временем успокоился и он. Оказалось, что вирус действовал только на ДНК одной расы, в костях которой он и содержался. На другие организмы он никак не действовал. Таркелья наблюдала за своими клетками, наблюдала за образцами тканей второй расы. Вирус никак не реагировал на присутствие их клеток, продолжая прибывать в анабиозе.

— Он явно еще жив, — продолжала рассказывать Таркелья, — но у него нет катализатора в виде нужного ему ДНК. Поэтому он безопасен для нас.

Игорь проворчал, что впредь следует быть осторожнее, а Неман запланировал провести дезинфекцию корабля.

— В итоге, — заключила археолог, — мы имеем интересные факты. Во-первых, раса защитников Лагуны была носителем вируса, действовавшего выборочно. Только на них. Во-вторых, не все из них умерли от действия вируса — в этом им помогла вторая раса, явно что-то искавшая в городе, скорее всего в башне, но так и не попавшая туда. Их трупов там мы не видели. Следовательно, можно сделать вывод, опираясь на догадки, что атака не оправдала себя, но повторного боя так и не произошло. И некоторые из защитников погибли не в бою, а от вируса. Откуда он взялся? Это может быть либо врожденная особенность, в чем я сомневаюсь, либо последствия чего-то ужасного именно на этой планете.