Уровень воды упал до половины, гигантские, каменные статуи слуг Первого, застыли так и не успев прийти на помощь хозяину. В стремительно убывающем потоке показались головы монстров перворожденного, все они превратились в камень. Волосы Даймеша погасли, и свернулись в тугие кольца спутанных корней, а от потрескавшейся плоти валил пар и черный дым.
Купол исчез, тугая волна плеснула к выходу из пещеры, а Первый неловко рухнул на пол. Армейцы Емельяна почувствовали опору под ногами и начали собираться в колонну, снова послышался зычный голос командующего.
Руки Даймеша утонули в камне, превращая породу в песок, статуи слуг и монстров осыпались барханами. Песчинки поползли по рукам первого, сначала неуверенно, а потом все стремительнее и гуще. Перворожденный набирал массу, корни распрямили тугие кольца. Даймеш поднялся на ноги, и продолжая собирать породу на каменеющее тело, хлестко ударил по колонне армейцев. Энергощиты погасли, но воины устояли, их ноги, вросшие в пол, не дали Первому разбить строй улавайцев. В один прыжок перворожденный оказался посреди колонны, сверху обрушились глыбы рваного камня. Свиват в изумлении наблюдал как Первый подпрыгнул к потолку, верхняя пара рук чудовища, на ходу вырвала из свода пещеры два гигантских куска породы.
Колонна рассыпалась, воины в мгновение ока вскарабкались на огромное, словно утес, тело Даймеша. Волосы-корни молотили по бугрившимся мышцами рукам, и ногам, в несколько минут армейцы оказались сбиты на пол. Емельян и еще трое бойцов успели добраться, до края каменного доспеха Первого, у самой шеи. Маленькие силуэты бойцов, едва различимые на широком каменном козырьке, который и образовывал край доспеха, спешили к неприкрытой плоти монстра.
В широко открытые ладони нижней пары рук, влетели искры погибших бойцов Улавая. От венца отделились огненные сущности, плазма стремительно разрастаясь превратилась в слуг Даймеша. Планируя, огненные опустились к земле, камень потек, но не в стороны, а в плазменные силуэты слуг. Наполняя раздувающиеся оболочки монстров.
Армейцы, потерявшие связь и организацию, в беспорядке хлестали врага разрядами, стремясь задержать его превращение. Вновь появился купол. Из тени, за проходом в Менантр, вспыхнуло голубое свечение, показался силуэт трехметрового чудовища. Сияние выделяло монстра из общей массы, слуг Даймеша и армейцев Улавая. Голубая полоса сорвалась с места, точно смелый росчерк пройдя через Первого. Свиват Комар не успел даже заметить, когда плазменный прожег ногу Даймеша. Ужасающий вопль сотряс пещеру, и Первый рухнул на колено целой ноги. Слуги Ненасытного ринулись, на Манияра, Емельян и трое смельчаков, сопровождавших командира, слетели с ворота Даймеша, армейцы упали перед склоненным к земле Перворожденным. Три наполненных болью глаза уставились на мелких тварей, посмевших бросить ему вызов. Боль сменил гнев, и огромная как дом рука опустилась на покалеченных воинов. Пламя побежало от ладони вверх по телу Первого, великан вспыхнул, сияющие волосы с шипением заметались по закрытому пространству купола. Воины Улавая погибали один за другим, огромные, пылающие мечи слуг Даймеша опустились на Манияра. Правитель Улавая скользнул вперед, пробив насквозь одним движением двух слуг. С гневным ревом, разгорающегося пламени, твари бросились в погоню за опасным противником. Раненные слуги подбирая расплескавшуюся магму, поспешили следом за соратниками.