— И ты собирался предложить ее мне?

Марти положил трубку на место. Он выглядел как щенок, которого грубо пнули.

— Я не знаю, подойдет ли тебе такой материал… Он больше… для критиков.

Следующие полгода не проходило ни дня, когда Дэн не думал, какой черт надоумил его использовать слово «критик» в разговоре с Марти.

Сказать по-честному, даже если бы Дэн не упомянул единственную профессию, от которой его начальник вскипал бешеной яростью, Марти все равно бы взорвался. Может, конечно, не стал бы швыряться вещами. Дэн умудрился сбежать из кабинета в целости и сохранности, чего нельзя было сказать о двух кружках и памятной статуэтке в честь вышедшего сотого эпизода оригинального «Города пуль». И хотя Марти в итоге взял Дэна на четвертый сезон «Города пуль: Нью-Йорк», Дэн отказался работать над бостонским вариантом, что стоило ему трех тысяч долларов за эпизод в качестве компенсации и благосклонности начальника, накопленной за тридцать лет.

Утром во вторник Дэн рассчитал, что вернул примерно двадцать процентов этой благосклонности. Может, это был стокгольмский синдром или виноваты были его родители, никогда не выказывавшие ему свою любовь, но Дэн мечтал вернуть оставшиеся восемьдесят процентов. Текущая ситуация стала еще более запутанной, когда Дэн посмотрел на поведение Марти с тех пор, как тот приехал к нему домой, и понял — он вернул его благосклонность полностью.

Дэн пригласил Марти в дом и тем самым уладил их разногласия.

Конечно, в этих переменах вряд ли было что-то личное. Но даже с учетом этого Дэн осознал, что не может прогнать Каллаханов. И дело было не только в их многолетней дружбе или в том, что Марти — огромный мужик с непредсказуемым характером. Перед Дэном стоял еще моральный вопрос: должен ли он во время кризиса предоставить нуждающимся людям крышу над головой? Не считая праздников, Дэн последний раз посещал синагогу только на бармицву Макса, но все равно мог догадаться, что на этот вопрос ответят раввин Фиршей и Тора.

Приняв решение, Дэн стал размышлять о том, как объяснить все Джен, и вдруг услышал, что открылась дверь гаража. Спустя мгновение в комнату вошел Марти с пакетом из «Хол Фудс»:

— Чувак! Там просто «Китайский квартал»!

— Да?

— Ну, не этнически. Там все белые. Но политически? Боже мой! Прямо как в фильме! Никто не знает, кто главный, и все связано с водой. — Марти кинул пакет на столешницу. — Где Марина? Она в порядке?

— Кажется, она в гостиной. Я не понял аналогию с «Китайским кварталом».

— Потому что ты пропустил городское собрание, — усмехнулся Марти, пробегая по коридору в поисках жены.