Хлоя поморщилась. Светало, и она заметила у брата что-то за щекой:

— Ты что, жуешь табак?

— Нет.

— Божечки, действительно! Фу, ужасно.

— Не говори маме с папой.

— Только не жуй в машине.

— Не буду.

Они продолжили копать в тишине. Предрассветное небо из темно-синего превратилось в розово-серое.

— Мы как в той сцене на кладбище из «Гамлета», — сказала Хлоя.

— Не читал.

— Будете в одиннадцатом классе. Если вам достанется Финч.

— Будет ли одиннадцатый класс?

Хлоя посмотрела на брата, забивая лопату в землю каблуком:

— Конечно же будет. Не стоит так думать.

— Тогда не надо рассказывать мне про кладбища!

Хлоя хотела ответить что-нибудь саркастичное, но, увидев выражение лица брата, придержала язык.

— Извини.

— Пофиг.

Макс продолжил копать. Хлоя выключила керосиновую лампу, которую им отдал судья. Солнце почти встало, и искусственный свет больше не требовался.

— Как думаешь, судья не разозлится, если я схожу в его туалет?