— Стремена. — А это голос Узика, без сомнения.

Шелк забросил себя на кожаное сидение, едва не выпустив трость Меченоса. Вокруг поплавка виднелись конные офицеры; полная рота труперов стояла по стойке вольно на улице за ним. Слуга, впустивший его в гостиницу Горностая, смотрел на все это со своего поста у двери; Шелк махнул ему тростью, и тот махнул в ответ, его улыбка сверкнула белым пятном в темноте.

«Опять собирается дождь, — подумал Шелк. — Не думаю, что у нас было такое темное утро с весны».

У его локтя поднялась голова Квезаля.

— Я собираюсь побыть рядом с вами, патера-кальде. Они нашли ящик, на котором я могу стоять.

Шелк сказал так твердо, как только мог:

— Я не могу сидеть, пока Ваше Святейшество стоит.

В передней части поплавка открылся люк; оттуда высунулись голова и плечи Узика — он говорил с кем-то внутри.

Квезаль коснулся руки Шелка холодными сухими пальцами, в которых, казалось, не было костей.

— Вы ранены, патера-кальде, и более слабы, чем думаете. Продолжайте сидеть. Я так хочу. — Его голова поднялась до уровня головы Шелка.

— Как желает Ваше Святейшество. — Держась обеими руками за край люка, Шелк приподнял тело, непривычно не желающее сотрудничать. На какое-то мгновение ему показалось, что движение потребовало непомерных усилий; сердце билось как сумасшедшее, руки тряслись; потом одна нога нашла уголок ящика, на котором стоял Квезаль, и он сумел приподняться и сесть на комингс открытого люка турели.

— Место стрелка остается для Вашего Святейшества, — сказал он.

Поплавок поднялся в воздух и заскользил вперед. Голос Узика, более громкий, чем рев моторов, достигал, казалось, любой улицы в городе:

— Народ Вайрона! Наш новый кальде идет к вам, как и обещал. Рядом с ним находится Его Святейшество Пролокьютор, который подтвердил, что кальде Шелк завоевал милость всех богов. Приветствуйте его! Следуйте за ним!

Искрящийся белый свет вспыхнул слева и справа, меньше чем в ярде от Шелка, почти ослепив его.

— Дев идти! — воскликнул Орев.

Черный гражданский поплавок вклинился между их поплавком и труперами и теперь расталкивал конных офицеров. Впереди, рядом с водителем, стояла Гиацинт; пока Шелк, открыв рот, глядел на нее, она переступила через то, что, наверно, было низким невидимым барьером, и шагнула на полированный круглый нос.

— Твоя палка! — крикнула она.

Шелк крепко взялся за рукоятку, наклонился настолько далеко, насколько осмелился, и протянул ей трость; гражданский поплавок все приближался, пока его капот не коснулся задней части поплавка, на котором ехал он.