— Ты сказал Рогу, что тебя зовут Бекас, Бекас. И ты нашел одежду — где-то во дворце кальде, мне кажется, — похожую на одежду официанта, чтобы помогать им прислуживать.
— Я люблю быть полезным, кальде.
— Я знаю об этом, и для тебя может быть полезным рассказать мне, почему ты все это сделал, раньше, чем мы найдем Гиацинт — если мы найдем. Ты сказал, что у тебя есть дюжина новостей. Пусть эта будет следующей.
Все еще умело управляя поплавком, Хоссаан через плечо посмотрел на Меченоса.
— Если нельзя доверять мастеру Меченосу и майтере Мрамор, то никому нельзя доверять. Если я объясню твои действия — я думаю, что могу, — ты мне скажешь, прав ли я?
Они вихрем обогнули угол.
— Боюсь, что нет. Генерал Мята сказала, что Сиюф окружила Хузгадо. Вот почему я решил проверить Великий мантейон.
— Где она находилась и как узнала об этом?
— Не знаю, кальде. Она не сказала, а я не спросил. Она только сказала, что ей об этом рассказал один из офицеров Узика. Узик приказал ему попытаться связаться с ней.
— Парень, он ушел, когда этот Бекас раздавал закуску! — сказал Меченос. — Его пригласил другой официант, помнишь?
— Еще позже — после того, как я попросил Мукор найти мантейон, в который Гиацинт несет свое подношение.
Поплавок вылетел на Золотую улицу и стал лавировать, огибая возбужденно болтающих пешеходов.
— Ты знаешь, как она выглядит, — пробормотал Шелк. — На ней черный плащ и, как мне кажется, она несет большого кролика.
— Кот речь, — сообщил ему Орев. — Плох речь.
— Птица права, парень! Та тощая девица сказала, что он говорит! — Прежде, чем Меченос закончил, их поплавок замедлился и остановился; купол соскользнул назад и по бокам вниз.
На мгновение Шелку показалось, что они ошиблись. Торопящаяся юная женщина, несшая под мышкой какого-то зверька с оранжевым мехом, казалась слишком высокой и худой; но тут она повернулась, когда обтекатель слегка задел ее ногу, и он увидел ее лицо.
— Гиацинт! — Он рефлекторно встал и через мгновение оказался наполовину вне поплавка (а она больше чем наполовину внутри), и они поцеловались.
* * *