Я шагнула вперед, целясь в незащищенный живот, после чего собиралась перерезать ему глотку. Но Лео действовал с проворством речной змеи. Его пальцы сомкнулись на моем запястье, и кинжал выпал, когда Лео вывернул мне руку. Я машинально пригнулась, избегая удара, но, когда пнула его по колену, он отскочил с ликующим мальчишеским смехом.

Я сжимала и разжимала пустые ладони. Он предугадывал все мои шаги и дожидался, когда сможет разоружить меня одним отточенным движением. Если бы я не пригнулась, то уже лежала бы мертвой рядом с Яссом. Меня спас только инстинкт самосохранения.

– Не хочешь попытать удачу с саблей? – подзуживал он, его глаза сверкали от удовольствия. – Знаешь, будет проще, если ты наконец сдашься и умрешь.

За окном во дворе бурлила суета. Повсюду сновали левантийцы, там было достаточно Клинков, чтобы изрубить Лео сотню раз, но даже если бы я позвала их, они не успели бы вовремя, да и кто поверит, что Лео читает мысли? Ясс тоже не мог прийти на помощь – когда я бросила на него взгляд, он застонал и перекатился, извергнув из желудка последнюю порцию рвоты.

Я была одна. Я против Лео, и у него мой нож.

Божье дитя поднял подбородок.

– Наконец-то ты поняла. Ты одна с тех пор, как вы прибыли. Этот лагерь принадлежит мне. Гидеон принадлежит мне. Вся империя – моя.

– Чушь. Ты весь состоишь из лжи и трюков, и если хочешь моей смерти, давай, убей меня.

Передразнивая его, я раскинула руки, приглашая напасть. Я боялась смерти и стала думать только об этом страхе, надеясь, что он затопит все его мысли.

Лео облизал пересохшие губы.

– Ничего не выйдет.

– Так убей меня. Давай, прежде чем нас будет двое против одного и мы с тобой покончим.

Ясс отполз от лужи блевотины. Если Лео нападет на него, я ударю. Если пойдет к двери, он умрет, прежде чем откроет задвижку. Единственный выход для Лео – убить меня, и побыстрее.

На лице молодого священника застыла улыбка.

– Думаешь, не смогу? У меня были лучшие в Чилтее учителя.

– Тогда хватит трепаться и сделай это.

Он прыгнул, метясь кинжалом мне в шею, но я схватила его за руку и вывернула ее. Зажав его локоть, я дернула его к полу. Он замахнулся другой рукой, но я увернулась, и когда он выпрямился, из его носа текла кровь, а на лице играла гнусная улыбка. Он посмотрел на пол.

– Зачем ты их убил? – спросила я.

Лео вытер окровавленный нос чистым рукавом.

– Зачем задавать вопросы, если ты уже знаешь ответ?