– Он должен был остаться доволен, однако все же не усвоил урок. Или, возможно, дар Худэма заставил его думать, будто вызов Малакая не будет иметь последствий. С новообразованным королевством все было сложно. Были стычки и борьба за власть, поскольку бессмертные лорды и леди искали возможности утвердиться в роли правителей. В землях Илора все еще существовали эльфы, избежавшие чумы и сохранившие родство со стихиями. Некоторые из них по-прежнему имели могущество и даже пытались узурпировать трон. Благодаря благословению нимфеума в Худэм рождались бессмертные младенцы со стихийным родством, очень похожие на своих ибарисанских кузенов, хотя и не столь сильные.
Вэнделин продолжала:
– Айлиль желал больше силы. Он снова пошел к Малакаю и стал молить об этом, мол, ему нужно победить угрозу трону раз и навсегда. Однако то, о чем просил Айлиль, было невозможно. Судьбы сотворили этот мир вместе, и именно их объединенная сила порождала «родство» с теми, кто живет в этом самом мире.
Король Айлиль сказал, что это невозможно. Мордейн никогда бы добровольно не отказался от Заклинателя Ключей, а захватить его означало бы бороться с их силой, что не так же просто, как сдержать способности эльфов одним ударом клинка. Поэтому Малакай дал в помощь Айлилю редкий дар – часть него самого, рог, вырванный из его тела, дабы сдерживать силу Заклинателя Ключей. – Вэнделин постукивает по манжете на моем запястье. – Вот из чего они сделаны. Подобные манжеты были спрятаны в королевском хранилище почти две тысячи лет. Большинство илорианцев не осознают, кто они такие.
Я провожу пальцами по гладким украшениям из обсидиана, сковывающим мои запястья, и наконец понимаю:
– Так вот как они работают.
– По большей части, да. Они работают как с Заклинателями, так и с эльфами. Дары Судеб способны на многое. Их можно использовать для сдерживания силы, контроля, маскировки или же усиление родства со стихией. Они также могут создавать иллюзии.