– Когда именно ты чувствовала что-то близкое к тому, что чувствую я?

– Когда была с твоим отцом, – отвечает морская ведьма, удивляя меня. – Возможно, тебе сказали, что наша любовь была мимолетной. Скорее всего, такой она и была для Ронана. Для меня же наши отношения значили гораздо больше. Мы так долго ненавидели друг друга, отстаивали наши ценности, спорили о том, как правильно служить на благо Морского королевства. После последней войны мы с Ронаном решили сотрудничать. Впервые мы преследовали одни и те же цели: хотели защитить море от людей, что намеревались потревожить наши новые границы. Мы дополняли друг друга. Твой отец старался предвидеть опасность до ее наступления, я же карала тех, кто уже стал угрозой. Мы все еще ссорились, все еще спорили, но впервые в наших разногласиях не чувствовалось ненависти. Вскоре это переросло в страсть.

Мой желудок сжимается. Надеюсь, Нимуэ избавит меня от дальнейших подробностей.

– Я полагала, что наш альянс стал дружеским, пока однажды он не превратился в нечто большее. Ронан поддержал меня, когда я выдвинула свою кандидатуру на роль неблагой королевы Мореи. Мы даже говорили о том, что он будет править рядом со мной как мой партнер, мой супруг. Вместе мы стали бы непобедимы. Не знаю, что такого я сделала, чтобы он передумал, но твой отец тайком выдвинул свою кандидатуру на пост благого короля Мореи. Вместо того чтобы править как мой партнер, он предпочел противостоять мне. Захотел жить в своем собственном дворце. Я была слишком расстроена, чтобы бросить ему вызов. Вскоре после этого я обнаружила, что беременна. Впервые с тех пор, как он занял трон, мы встретились лицом к лицу. Он был таким холодным и отчужденным. Я знала, – его любовь ко мне либо угасла, либо была лишь плодом моего воображения. Вот тогда мы и заключили нашу сделку.

Все, что она говорит, противоречит тому, что я знала об их отношениях. У отца имелись свои причины стать благим королем. Он считал Нимуэ опасной, был убежден, что ее силе нужен противовес. Но мог ли он разбить ей сердце? Мог ли отказаться от планов, которые они строили, променять мечты о совместном правлении на шанс самому занять трон? Или только Нимуэ смотрела на вещи подобным образом. Как бы то ни было, я осознаю, насколько мимолетной может быть истина. Для каждого она своя. Проблемы Нимуэ с моим отцом могут быть решены. Или нет. Это их личное дело, которое не имеет ко мне никакого отношения.

Я смотрю вниз на форму, которая все еще остается под моими руками, светящееся существо, пульсирующее в тускло-фиолетовом теле Дориана. Я снова поворачиваюсь к Нимуэ.