Пришлось отвлекать сначала одного, чтобы прокачать сумку на +5 к выносливости и утвердить дизайн, а потом второго, чтобы оплатить заказ. Орк не глядя выложил семьдесят пять золотых. Шопинг сегодня определённо задался.

– Ого! – только и сказал орк, увидев сумку. Здоровенный баул превратился в аккуратный кожаный рюкзачок с золотой пряжкой, словно из каталога близняшек Олсен. Выбор моделей у мэтра тоже стал богаче.

– Нравится? – Я покрутилась, позволяя ему насладиться подарком.

– Ну что, теперь отмечать первые успехи? – Орк явно рассчитывал на продолжение банкета.

– Прости, никак не могу, мне срочно нужно в реал. – Я встала на цыпочки, поцеловала его в щёку и шепнула: – Правда, никак, но знай, что мне очень-очень приятно.

У орка только что снова отняли конфетку. Пусть привыкает, что у конфетки своя жизнь, и она не выдаётся по заказу. Как учат инстаграмщицы, надо разделять информационные потоки, скандалы отдельно – рекламу отдельно. Отдельно подарки – отдельно секс. И они никак не связаны. Ну почти.

* * *

Тем более что я действительно спешила. Стащив с себя сьют, я торопливо натянула джинсы, кроссы, футболку от Philipp Plein и зеркальные очки-авиаторы. Я хотела проследить за Татой и надеялась в таком виде слиться с толпой. Кому надо, конечно, мог посчитать, что мой лук стоит больше годового дохода среднего москвича. Но таких знатоков в толпе немного, а дешевле вещей у меня просто не было.

Решительным шагом я пошла к метро, потом поняла, что у меня нет жетонов. Или там билеты? Как там вообще сейчас расплачиваются? Плюнув на паранойю, я вернулась к своей «аудюшке» и доехала на ней, с трудом парканувшись за пару кварталов.

Сегодня вторник. Татка в фитнес-зале. Я точно знаю, где сесть ей на хвост. Вскинув руку, я попыталась поймать бомбилу. В эпоху «Убера» это смотрелось дико, но мне повезло. Не прошло и пары минут, как рядом притормозил не старый, но потрёпанный опель. То что надо.

Мужичок за рулём, в пёстрой рубашке и с ранней лысиной, открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь из дежурных фраз для знакомства, но я его перебила:

– Едем прямо. Через два квартала после светофора паркуемся. Ждём.

Увидев в моей руке пятитысячную купюру, мужик молча газанул, и мы двинулись. Любопытство его прямо-таки разбирало, но вид красной бумажки действовал гипнотически.

– А если там негде парковаться? – нарушил он молчание.

– Аварийку врубишь.

Долго ждать не пришлось. «Инфинити» Таты вырулил с подземной стоянки и покатил по проспекту.

– За ним. Близко не жмись, – ткнула пальцем я.

– Мужа выслеживаешь? – снова не удержался водила.