— И вам — тоже привет, — сказал Харланд, лицо которого было покрыта ссадинами и пятнами крови. Только потом Карлос заметил кровавые отпечатки на костяшках Дэнни.

Маркус и Карлос промолчали.

— Нужно обсудить, — сказал Карлос и направился к лестнице.

— Что вы хотите обсуждать? — спросил Дэнни уже снаружи. — Его надо прилюдно казнить — и всё. Можно будет наконец спокойно выдохнуть.

— Это решать не только нам, Дэнни, — сказал Карлос.

— Нет никакого смысла проводить голосование, — возмутился тот. — Его захочет оставить в живых только дебил… Ну или Алекс… захотел бы… В общем, я думаю, тут нечего обсуждать.

— Я говорю не о голосовании, — Карлос убедительно посмотрел на Дэнни.

— Тебе стоит ему сказать, а он уже пусть делает, что хочет, — дополнил Маркус.

— Тогда в камеру вам будет лучше не заходить, — сказал Дэнни и зашагал к шестому дому.

Он повесил шапку и куртку на крючок, разулся, и чуть ли не бегом поднялся на второй этаж. Пройдя весь коридор, он постучал в дверь.

В ответ — тишина.

Дэнни всё равно вошёл в номер, подставив стул к кровати и сев на него.

Люк лежал у себя в комнате и смотрел в потолок уже несколько часов. Для него это было главным и единственным развлечением.

— Как настроение? — спросил Дэнни, но ответа не последовало. — Шов не беспокоит? — снова без ответа. Дэнни не хотел сразу говорить о поимке, так как всё ещё надеялся хоть как-то разговорить друга. За последние месяцы они ни разу не разговаривали. Вернее, говорил только Дэнни. — Люк, пойми, я всё-таки не просто так прихожу… Я хочу помочь тебе…

— Свали, — хрипло сказал Люк.

— Ты себя винишь? — допытывался Дэнни. — Ты только себя уничтожаешь этим.

— Херня.

— Правда?.. Будь это хернёй, ты бы не отказался от места заместителя! И мог спокойно занять место Маркуса, когда он объявил об отставке! Люди бы пошли за тобой!.. Я бы пошёл… А ты что сделал?

— Ты не был на моём месте.

— Был.