А в долине, незамеченный, еще звонил его телефон, погружаясь в грязную воду рисового поля.

* * *

— Ненавижу, когда он так делает! — прошипела Челси, набирая номер Боба в пятнадцатый раз.

— А я не пойму, чего ты злишься, — Амелия сделала большой глоток виски из бутылки. — Ты жила с Бобом всю жизнь. Ты должна была уже привыкнуть к загадкам и кусочкам правды?

— Это не значит, что они мне нравятся, — рявкнула Челси, хотя она опустила телефон. — Как ты можешь быть такой спокойной?

— Легко, — Амелия улыбнулась. — Я пьяна. Тебе стоит порой это пробовать. Тебе нужно придумать, как успокаивать волнение.

Челси пронзила ее взглядом.

— Хуже совета я не слышала.

— Я не говорила, что я — образец, — Амелия пожала плечами. — Тебе нужно расслабиться. Я знала Брогомира с тех пор, как он вылупился. Он никогда не проигрывает.

— У всего бывает первый раз, — напомнила Челси.

— Пожалуй, — сказала она. — Но если ты права, и Боб проиграет, то мы все будем обречены, прикованные к прихотям Эстеллы. Я не люблю причуды Брогомира, но лучше танцевать под его дудку, чем быть марионеткой Скучной Эстеллы.

Челси не стала спорить.

— Так что нам теперь делать?

Все посмотрели на Джулиуса, и он сглотнул.

— Почему вы думаете, что я знаю?

— Потому что он тебя выбрал, — с сарказмом сказала Челси.

— И потому, что ты знаешь, где Космолябия, — добавила Амелия, глаза сияли. — Она тут? Я могу на нее посмотреть?

— Уверена, ее тут нет, — Марси взглянула на Джулиуса. — Да?

— Я не знаю! — завопил он. — Я не видел ее после смерти Биксби. Может, Эстелла схватила ее с пола в Яме и…

Он замолк, поняв, что сказал.