— Только третья сотня.

«Только третья сотня», ага.

— Заря сказал, что вы стареете.

— Так и сказал?

— Ну, не совсем, но что-то около…

— Можем и стареть. Бабулю видела? Она ещё Ясно Солнышко застала, конечно, постарела. Тело, так или иначе, изнашивается, может, и смерть наступает, только никто из Кощеев от старости ещё не умирал.

Ого. Бабуля-то тысячелетняя…

— А убивать вы меня планируете? — всё же вернулась к животрепещущему.

— Нет, мы же родня.

— Родня? — даже остановилась.

— Все мы, три рода, родня. Так или иначе.

— На ответ не похоже, — буркнула.

— Ну, последний потомок Ядвиги и Кощея — Василиса, — признался Кощей.

— Василиса? То есть вы…

— Да, моей первой женой была сестра твоей прапра… сколько-то там раз «пра» бабушки.

В голове закрутились шестерёнки. Семейное древо раскидывало свои ветви всё обширнее, но листочками подробностей так и не обзавелось, напоминая своим видом представителей Мёртвого леса.

— А почему она не захотела бессмертия?

— Это то, что Ядвиги больше всего ненавидят. Жизнь существует ради смерти. Только после смерти исполняется человеческое предназначение. Ты ещё узнаешь об этом, и может даже поймёшь.

Смерть — то, ради чего существует жизнь. Готичненько, но логично.

— Так, то есть Василиса — Яга?