— Имеет в себе кровь Ядвиг, — поправил Кощей.

— Она же ведьма, нет? Тогда почему не она унаследовала Избу?

— Владлена была без дара, — спокойно проговорил Кощей. Чувствовалось, что когда-то это приносило ему невыносимую боль, но сейчас он смирился. — Всё, что дала ей принадлежность к вашему роду — это чуть больше лет жизни и внешнюю молодость. Василиса унаследовала только мою Силу.

— Сколько Владлене было, когда она умерла?

— Не знаю, — Кощей вздохнул. — Она ушла раньше. Василиса прошла инициацию, и после Владлена пропала. Я знал, что она уйдёт, но всё же…

— Это было тяжело?

— Смертельно. Я был готов уйти вместе с ней. Знаешь, на нас, Кощеях, висит злой рок — кто-то из нас обязательно влюбится в Ягу, безотчётно и крепко. И никогда эта любовь не избежит боли. Как проклятье.

Стало неловко. Насколько мне вообще надо было знать эту историю? Я бы спокойно жила и без этой информации… Да и, вон, один Кощеёныш по общим стопам не пошёл, настолько я ему не нравлюсь, что он свой желудок изрыгнуть готов.

Но это получается, что у меня есть живая родственница — Василиса. Прапрабабушка-или-ещё-бессчётное-количество-«пра». Если учесть, что без Сил потомки Ядвиг живут почти как обычные люди, а Василиса из ветви долгожителей, она вполне может оказаться моим о-очень дальним предком. М-да… Впрочем, это только если я и правда родственница Прасковьи.

Тень нагло лизнула обнажённую щиколотку и прошлась мурашками до самого затылка.

Понял, принял. Родственница так родственница. Но меня тоже можно понять — трудно в такое поверить. Даже как-то невозможно. Впрочем, невозможно, чтобы Кот разговаривал, Дверь вела в другой мир, а Изба встречала не только домашним уютом, но и родной щемящей радостью. Молчу уж про малахитовый замок, Мёртвый лес, Волка, белок, клубочек, блюдце…

Мы дошли до конца коридора и уткнулись в огромную, во всю стену, двустворчатую дверь, которая тут же начала открываться.

Кощей вошёл первым, за ним — я. Мы оказались в круглом со всех сторон помещении, словно кто-то очень усердный выскоблил его вручную. Неровные изумрудные стены светились золотыми прожилками.

Это золото напоминало просачивающуюся воду. Не удержавшись, я коснулась стены пальцами и будто ощутила влагу, но наваждение тут же исчезло, а золотые ручейки, обогнув мои пальцы, побежали дальше вниз.

— Это Сила, — Кощей, не останавливаясь, шёл к освещённому алтарю. У света не было источника — я внимательно осмотрела стены, вгляделась в камень, ожидая увидеть ниши со спрятанными светильниками, но ничего такого не нашла. А свет был, достаточно яркий, чтобы я отчётливо видела всё вокруг.