Бригадир закономерно поник.
– Согласен, шеф, согласен.
Шеф смягчил тон едва-едва.
– И держите себя в руках. То «фантастику» видите, то теперь вот «бесценные реликвии» – вещаете, как ненормальные технофанатики из стартапов начала века. Нет здесь этого! Гамме с экспатами недалеко до сингулярности, а БПИ в нашем лице ищет способ им помешать. Помешать, Грэг, а не поспособствовать!
– Извините, шеф, не повторится, – кивнул Грэг Нок и замолчал. – Уничтожить одного Гамму вторым воскрешенным. Даже забавно!
– Не воскрешенным, а копией. Улучшенной, верной нам копией.
За поворотом Шона ждали у полевого сканера двое в скафандрах: Джонс и Айвори – и остальная бригада кольцом вокруг. От сканера в шлюз под ногами уходили красные провода.
Квадрат «С-25». Дошли.
– Что там у вас? – осведомился главный эксгуматор.
Джонс оторвался от экрана.
– Слов нет, вы сами посмотрите! – Было слышно, что он улыбается. – «Hodie natus est radici frater»![10]
– Что?
– Да так, старая хохма. Как нам повезло! Ядерной бомбой только коммуникации уничтожило и магистрали управления, а на мозге ни царапинки! Весь с потрохами наш, как домашняя скотина!
Главный эксгуматор зловеще хмыкнул.
– Мимо, друг мой. У домашней скотины есть права.
Послесловие
Послесловие
«Хороший художник копирует, великий – крадет», – Пикассо.
Воровством не гнушается и любитель. Глупо отрицать, что в моем романе много заимствований (я вижу в них дань уважения, именно так!).