— Да. Если это все, чем они являются. Но, допустим, они больше, чем животные? Впрочем, в любом случае уже поздно.

— Да, сэр. Они активизировали торпеды.

Две водородные бомбы... Генератор Поля испарится в миллисекунду, а "Макартур"... Род сжался от боли при этой мысли. Когда экраны вспыхнут, все будет кончено. Он вдруг поднял голову.

— А где гардемарин, адмирал?

Кутузов что-то проворчал.

— Они затормозились на более низкой орбите и сейчас за горизонтом. Я пошлю за ними шлюпку, когда все кончится.

Странно, подумал Род. По приказу адмирала они не могли идти прямо к "Ленину", а шлюпки не могли представлять реальной защиты, когда "Макартур" взорвется.

То, что они сделали, было ненужной предосторожностью, поскольку торпеды переводили лишь малую часть своей энергии в рентгеновское излучение и нейтроны, но это была понятная предосторожность.

Стрелки таймера бесшумно подошли к нулю. Кутузов мрачно подождал еще минуту, потом другую.

— Торпеды не взорвались,— обвиняюще сказал он, наконец.

— Да, сэр.— Страдания Рода еще более усилились. А теперь...

— Капитан Михайлов, подготовьте пожалуйста, главную батарею к стрельбе по "Макартуру".— Кутузов перевел мрачный взгляд на Рода.— Мне это не нравится, капитан. Не так сильно, как вам, но все равно не нравится. Не хотите ли отдать приказ лично? Капитан Михайлов, вы разрешаете?

— Да, адмирал.

— Спасибо, сэр.— Род глубоко вздохнул. Человек должен сам убить свою собаку...— ОГОНЬ!

Космические сражения выглядят со стороны довольно мило. Корабли, похожие на гладкие черные яйца, сближаются, их двигатели излучают ослепительный свет. Вспышки на черном небе показывают взрывы торпед, которые избежали уничтожения ударами вспомогательных лазеров. Главные батареи излучают энергию в Поля друг друга, и зеленые и красные линии высвечивают межпланетную пыль.

Постепенно поля начинают пылать. Тускло-красный, ярко-желтый, ослепительно-зеленый,— цвета меняются по мере того, как Поля получают энергию. Цветные яйца соединяют зеленые и красные линии, идущие от батарей и цвета изменяются.

Сейчас три зеленые нити соединяли "Ленина" и Макартур”. Больше не происходило ничего. Линейный крейсер не двигался и не пытался отвечать на огонь. Его Поле стало тускло краснеть, желтея там, где лучи сходились в одной точке. Когда оно станет белым, Поле будет перегружено, и энергия, запасенная в нем, должна будет высвободиться вовнутрь и наружу. Кутузов смотрел за этим с растущим замешательством.

— Капитан Михайлов, отведите нас, пожалуйста, назад.— Линии бровей адмирала вновь сошлись, когда "Ленин" стал удаляться от "Макартур".