Вся их компания расположилась в тени раскидистого дуба, нежась под лёгкими порывами налетающего ветерка. Ева сидела, откинувшись на толстый ствол дерева. Её взгляд был устремлён вглубь деревни. Она с интересом следила за всем, что там происходит. Все молчали. Каждый лениво наслаждался покоем. Тай, закрыв глаза, сидел в ногах у Евы. После ночи на страже деревни его тянуло в сон, и он периодически «клевал» носом.

Из-за домов появилась женская фигурка с плетёной корзиной в руках и приблизилась к ним. Ева узнала эту девушку. Она часто ловила на себе её недобрый взгляд. Вот и сейчас она бросила на Еву подобный, словно хотела указать, что ей здесь не место. Тай открыл глаза.

— Привет, Окка! — поздоровался он.

— Привет, — девушка расплылась в улыбке.

Ева увидела, как резко выпрямился Рий. Его будто окатили холодной водой. Она заметила, что с появлением этой девушки напрягся не только он.

— Знакомься, это Ева, — представил её Тай.

Девушка выдавила из себя подобие улыбки, лишь на мгновение удостоив Еву взглядом, а затем вновь перевела его на Тая. Невозможно было не заметить резкий перепад настроения во взгляде. Холодный и пренебрежительный для Евы и мягкий, обожающий для Тая. Что ж, такое отношение незнакомого человека мало заботило Еву.

— Мама испекла для вас с Ойвой свежего хлеба, — Окка протянула Таю корзину, от которой исходил дразнящий нос аромат.

— Передай ей большое спасибо.

Тай поставил корзину на землю рядом с собой, взял из неё пару горячих буханок и передал парням. Отломив ломоть от одной из них, он протянул хлеб Еве. По брошенному на неё взгляду Окки она поняла, что ей лучше отказаться.

— Благодарю, — выгнув бровь дугой, она снисходительно улыбнулась девушке и взяла хлеб.

Ева не понимала, чем вызвана такая реакция на неё, и была готова в любой момент дать отпор этой маленькой злючке.

— Я посижу с вами? — спросила Окка, хотя это было больше похоже на утверждение, чем на вопрос.

Тай кивнул, и она опустилась рядом с ним. Ева стала украдкой изучать Окку.

Это была девушка, безусловно, приятной внешности. Однако в её обаянии было гораздо больше мальчишеской непосредственности, чем девичьего кокетства. Она обладала стройной, пожалуй, даже худощавой фигурой. Её волосы, длинные, почти чёрные, отливающие солнечными лучиками золотого цвета, были заплетены в тугую косу до самого пояса. На её по-детски наивном личике сразу бросались в глаза пухлые губы. Нос вздёрнут кверху, совершенно явственно указывая на независимый характер. Взгляд же её тёмных глаз цвета шоколада был полон печали и, как показалось Еве, затаённой обиды. У Евы возникло странное чувство, будто она была виновата в чём-то перед этой девочкой.