— Выйдем на секунду.

Оказавшись, на ступеньках и аккуратно прикрыв за собой дверь, настороженный майор уточнил:

— Что ты им хочешь написать?

— Только то, что подарок от меня, пусть не переживают, и разрешат любимой дочери им пользоваться.

— Информация пойдет, — нахмурился Сергей Иванович. — Это плохо.

— Я Аню попрошу передать, чтобы никому ничего не говорили. Или, наоборот, сказали, что сами медальон с цепочкой купили, чтобы слухи не распространять. А записку Аня, после прочтения, сразу уничтожит.

— Все равно рискованно, — буркнул майор. — Могут нечаянно проболтаться. Особенно мать.

— Не проболтаются, — заверил я. — Я их давно знаю. Интеллигентные и очень порядочные люди. Ко мне хорошо относятся. В крайнем случае, Аня эту записку только Дмитрию Ивановичу вручит. Он никому ни слова не скажет. Дочку поддержит и жену успокоит, если волноваться начнёт.

Майор по-прежнему стоял мрачный и смотрел куда-то вдаль, раздумывая.

— Вообще, всё укладывается в легенду. Я уехал к родственникам, родители скоро тоже переезжают. Случайно встретился с Аней в Москве, подарил цепочку с кулоном. Если не напишу записку, подарок она не возьмет. Настроение у меня будет испорчено, наше свидание — тоже.

Сергей Иванович помолчал минуту и махнул рукой.

— А, ладно, пиши. Все равно, сегодня ты улетаешь, и в Москву до самого конца операции не вернешься. На Кубе тебя искать не будут. А за девочкой и её семьей присмотрят. Я позвоню местным, чтобы проконтролировали.

Когда мы вернулись в зал, бородатый уточнил:

— Так что, ручку и бумагу нести?

— Неси, — буркнул майор….

Через три минуты я передал бумажку Ане и попросил:

— Прочти.

«Уважаемые Дмитрий Иванович и Мария Александровна. Вас беспокоит одноклассник Ани — Алексей Шелестов. Медальон и цепочку вашей дочери подарил я. Большая просьба, не предъявлять ей претензии из-за «дорогого подарка». Он не такой уж дорогой и вообще ваша дочь достойна только самого лучшего. Потраченные на цепочку и медальон деньги мои. Заработаны честно. Разрешите мне, сделать этот презент. От чистого сердца, без каких-либо обязательств. Заранее благодарю вас за понимание и разрешение дочке оставить маленький, скромный и напоминающий обо мне подарок».

— Ты действительно работаешь? — уточнила девушка.

— Да, по комсомольской линии, — улыбнулся я. — Даже зарплату платят. Двести пятьдесят рублей в кассе, ежемесячно.