И поэтому Ясельда так легко и внезапно была захвачена в плен, и смотрела тогда на Ладогу-на-Волхов, где ждала возвращения мужа из похода её мать, уже из корабля врагов. Она тогда увидела сквозь дымку речного тумвна, как на валу крепости появилась её мать в сине-красных византийских парчовых одеяниях, блестя височными кольцами, вплетёнными в ленты вокруг платка, с лунницами и блестящими стеклянными бусами на груди. Она всмотрелась в проплывающие корабли, узнала Ясельду на одном из них, и в отчаянии простерла к ней руки над остриями частокола и закричала:

— Девочки вы мои ненаглядные, Ясельда и Ориса, голубицы белокрылые! Плачет по вам матушка ваша, княжна Лада, взывает к Яриле за помощью, и к отцу Водополку за правдой!

— Мама! Мама! — закричала в ответ Ясельда, — мы здесь, мама, спаси нас!

— Мама, забери нас отсюда! Нас увозят навсегда — срывающимся голосом закричала младшая княжна Ориса, и зарыдала жалостливо, горько и безысходно.

— Я вернусь из похода и отдам княжон невредимыми, если к тому времени мои города и земли Водополк не тронет! — крикнул в сторону крепости тогда Стовов, — верну их когда вернусь из западного похода, клянусь Ярилой…

Однако вышло всё иначе…

Младшая дочь Водополка, княжна Ориса сгинула в огромном франкском лагере, как и три её верные служанки.

Спустя год, не дождавшись никаких вестей о своих дочерях, князь всех ладожских земель, Водополк Тёмный, заключив перемирие с литвой и биармами, пошёл с дружиной своей, дружинами с варанг соляной руси Белого моря, и с наёмными дружинами викингов на своих теперь кровных врагов — кривичей. На кораблях, лодках и плотах они грозной силой двинулись на юго-восток. Каменная Ладога была захвачена, срыты валы, разобраны и сожжены дома. То же самое произошло в Стовграде и Боре-на-Москве. Жёны, наложницы и дети Стовова были в Каменной Ладоге, по закону кровной мести были схвачены и убиты. Были перебиты и семьи старших дружинников князя и их домашняя челядь. Купцов ограбили, ремесленников обратили в рабство. Не убитые кривичи так же были обращены в рабов, и отданы в качестве оплаты за поход биармам. Эти славяне потом были угнаны на Северную Двину добывать без устали для биармов в варангах соляную русь, выпаривая их на камнях зимой в мороз из морской воды, или вываривая летом на кострах. В Биармии в нескольких варангах на островах Туле в двинском заливе Белого моря, они ещё строили для беармов крепость из гигантских валунов, дома, каналы, кладовые, молитвенные места, плели сети, валили лес. Дружины Водополка Тёмного в тот кровавый поход продвинулись до реки Москва и Клязьма, где разорили стреблянские и мокшанские сёла. Оставшиеся в живых, до осенней распутицы отошли в сторону края мещеры, где и укрылись среди рязанских озёр и болот, возле Оки и Курши, и вернулись они к Москве только после наступления холодов, когда отряды Водополка ушли обратно к Ладоге. Прочее голядское и мокшанское население, жившее в стороне от речных дорог, даже не узнало о конце власти кривичей над их краем…