Вероятно, над нами, на верхнем уровне Подземья, тоже находилось что-то горячее. Закрыв глаза, я последовал примеру девушки, и откинулся на волю стихии, повалившись в одно из крохотных, но достаточно глубоких озер.

Мы лежали рядом в небольшом прозрачном омуте, сквозь которой прорастали новые побеги красной травы.

— Откуда в пещере дождь? — спросил я у неё снова, вместе с тем напоминая о том разговоре, где она так и не дала мне ответа на мой вопрос.

Девушка подобралась и обхватила колени. Мокрые черные волосы облепили её лицо, а черные глаза в слабом алом сиянии кристаллов делали ее схожей со зверушкой, давшей ей имя.

Ласка хотела что-то ответить, но так и застыла с открытым ртом. Что ж, не будем пока поднимать эту тему. Но я очень хочу услышать её голос. Мы расстались совсем ненадолго, всего на несколько часов, однако такое чувство, словно я не видел её целую вечность.

— Я получу звериное имя и вернусь за тобой. Что бы не случилось.

Ласка ничего не ответила.

— Чего бы мне это ни стоило, Ласка. Считай это клятвой.

А ведь это я её подвел, раз не смог получить это чертово звериное имя. И что теперь? Если мы не можем остаться в долине, не можем найти убежище от монстров? Так хотелось бы поверить, что никаких чудовищ нет, но после того, как мы увидели возвращавшийся рейд никаких сомнений уже не осталось.

Монстры действительно вернутся и заполнят пещеры.

Тем временем девушка молчала. Судя по расслабленному ее виду, вампир не гнался за ней. Значит, за Дримом? Или вообще решил просто о нас забыть? Здорово, если так.

— Я верю тебе, Сион, — ответила Ласка, прикладывая палец к моим губам. — Мой разум отказывается, но душа верит.

Эта девушка доверила мне свою жизнь. Будет справедливо, если я ей доверю свою. Она может казаться безумной, но я верю, что она знает нечто, пока недоступное мне.

— Однажды я услышала песню, — начала пустотница. — «Делай верные вещи» — так говорилось в названии. Мне кажется, она полнее всего описывала то, чем является наша стихия. Пустота — это когда в тебе ничего больше нет, даже боли. Лишь бесконечный голод к тому, чего тебя лишила судьба, или вернее к судьбе, которой нас лишили. И список рекомендаций, для того, как от всего этого сбежать, ведь мысли о мечтах, разрушенных реальностью невыносима. Делай верные вещи, делай, что должно и ничего не чувствуй. Не задумываясь о том, что делаешь…

— Я не совсем…

Неподалеку что-то зашелестело и стихло. Мы не одни? Как всегда, очень вовремя.

— Куда мы отправимся дальше, Сион? — спросила Ласка.

Я приложил палец к губам, пытаясь различить шум, но пустотница уже поняла, с чем мы встретились: