Только один охранник, ранее обернувшийся (самый сильный), успел выпустить чистую силу для защиты своего тела. И даже он утратил десять лет своей жизни…

Леон тяжело задышал. Его лоб покрылся потом. Увы, тело слишком слабо для применения техники подобного уровня. Условия не соблюдены.

Перепуганный охранник коснулся запястья и поднял тревогу. Однако его никто не слышал. Любые звуки подавлялись странной техникой. Осознав неизбежное, побледневший человек приготовился к отчаянному бою.

Леон мгновенно сократил расстояние и, с совершенно нечеловеческой ловкостью уйдя от выпадов противника, виртуозно вонзил алый кинжал в плечо. Тело охранника сразу оцепенело, сердце перестало биться, а лёгкие прекратили набирать воздух. И неудивительно, ведь этот сильнейший парализующий яд начинал действовать почти мгновенно.

Мужчина метнулся в недра темницы, припоминая инструкцию. Сигнал о смерти не сработает ещё некоторое время… Нужно торопиться!

Мимо проносились толстые решётки, за которыми были прикованы кандалами бывшие члены гильдии воров и главы разбойников. Все они, ранее работающие на Валиру, теперь дожидаются неизбежной казни на центральной площади.

Пару раз попадались охранники. Один удар кинжалом — и больше они не шевелились.

В конце коридора мужчина остановился у решётки. У него перехватило дыхание… С помощью оружия он вскрыл проход, вторгся в комнату и крепко обнял полуголую девушку, висящую на кандалах. Холодная, ослабшая, удивительно хрупкая и нежная, как лепесток дивной розы! Сердце обливалось кровью от сострадания.

«Моя луна, я пришёл за тобой!» — воскликнул он с бескрайней теплотой.

Валира очнулась. Взору предстало доброе, взволнованное лицо самого дорогого ей человека. Её пустые чёрные глаза изумлённо и недоверчиво раскрылись. Пышные ресницы задрожали.

«Я рад, что ты цела и невредима… Это ведь так? Моя ласточка, скажи, ты в порядке?»

Губы девушки дрогнули. — «Леон…» — мягко прошелестела она. Казалось, на холодную зимнюю поляну упал тёплый лучик весеннего солнца. В пустом взгляде зародился тусклый блеск. К ней словно возвращалась душа. А ведь леди уже смирилась со смертью дяди… И вдруг он, сродни благородному рыцарю, пришёл спасти её из этого ужасного места! Бездна мрака, царящая в сердце, озарилось слабым светом надежды.

«Ты мне снишься?..»

«Я самый настоящий! И я обязательно вытащу тебя отсюда!»

«Дядя…» — Её чувства были совсем блеклыми и какими-то далёкими, будто слабое эхо в огромной пещере. Конечно, сейчас ей следовало бы радоваться… Но почему-то не получалось.

Вдруг она испугалась, словно вспомнив что-то важное: