– До этого еще далеко, товарищ Никифоров. Но кое-какие шаги уже предпринимаем. Вот, возьмите с собой: требуется заключение, что эта руда из Конго. Вы же у нас по научной части в ПГУ. Эти образцы из майских поставок 1941 года. Карин фон Крейц говорит, что поставки из Конго идут и в объемах, превышающих добычу в самой Германии, включая бывшую Чехию. А мы готовим материал для международного трибунала по национал-социализму. Включая тех, кто помогал восстанавливать военный потенциал Германии, вопреки Версальскому и Сент-Жерменскому договорам 1919 года. – Сталин передал мне бумаги на немецком.

– Мы так договорились с Черчиллем. Он желает наказать Чемберлена и Даладье за те потери, которые понесла Великобритания. Неплохо было бы сюда присоединить правительства тех стран, кто оказывал и оказывает поддержку фашистским режимам, включая правительство Виши. Завтра к вам в Чкаловск прибывает товарищ Молотов. У него есть хорошие для нас новости. Ему удалось убедить господина Рузвельта присоединиться к нашему мнению и создать международный трибунал. Требуется искоренить фашизм и теорию расового превосходства. Это должно стать важнейшим итогом этой войны. Решающая роль Советского Союза в этой борьбе уже никем не оспаривается. Сегодня Румыния вышла из войны с СССР, объявила войну Германии и желает присоединиться к Объединенным нациям. Утром об этом объявят. Антонеску низложен военным переворотом, который возглавил король Михай Первый.

– Сейчас от желающих поделить пирог победы отбоя не будет. Теперь предстоит выиграть мир. Это сложнее.

– Именно поэтому и требуется доказать, что в этой войне один победитель: советский народ. И нам для этого нужна бомба.

Уже совсем рассвело, когда вернулся домой. Катенька уже встала и, одетая в гимнастерку и с пистолетом, завтракала перед выходом на работу.

– Доброе утро, Слава! Устал? Завтракать будешь?

– Кофе не буду, я немного вздремнул, пока назад ехали, но долго поспать не дадут.

Мне тут же поставили чай в большой керамической кружке, как я любил, яичницу с беконом, бутерброды с ветчиной, какую-то молочную кашу.

– Антонов просил напомнить, что сегодня он выкатывает машину на пробежки, и, возможно, будет первый вылет.

– Во сколько?

– Через три часа, восьмой ангар.

– Увидишь, скажи, что подойду, если спецрейс не помешает. А ты чему улыбаешься?

– Да вот решаю: говорить – не говорить.

– Ну, что случилось?

– По всем признакам, я – беременна, после работы поеду в Москву в консультацию. – Она внимательно следила за моей реакцией. Я поднял ее ладошку и поцеловал ее.