Трое суток продолжались переговоры между Сталиным и Черчиллем. Результат ожидать долго не пришлось, так как к этому времени цветная немецкая пленка AGFA уже запечатлела первые в мире испытания ядерного оружия. Использовалась схема, разработанная Сакриером. Заряд чисто урановый, с внешним источником нейтронного инициирования. Энерговыделение составило 62 килотонны. Вес боеголовки составлял чуть более 300 килограммов. Мне, как одному из конструкторов, больше всего понравилось решение с полой сферой, которое существенно повышает как мощность, так и «чистоту» взрыва. Сам я присутствовал на показе фильма Черчиллю и внимательнейшим образом наблюдал за его реакцией. Переводил на английский заведующий Центрально-европейским отделом НКИД Владимир Павлов, сидевший сразу за спиной Черчилля. Об этих испытаниях в газетах ничего не писали. Бомбу загрузили в М-2, а Черчилль знал, что его скорость превышает этот показатель у «Спитфайра». С высоты 12 000 метров она пошла вниз со стабилизирующим парашютом. Наблюдатели надели черные очки, и камеры без звука показали надземный взрыв на высоте 400 метров. Черчилль активно барабанил большим пальцем правой руки по креслу. Он нервничал. Когда зажегся свет, премьер-министр прикрыл лицо этой рукой, но дрожь оставалась заметной. Сталин развернулся к нему.

– По данным, приходящим из Японии, нам стало известно, что Соединенные Штаты собираются на следующей неделе снять объявленную энергетическую блокаду с императорской Японии. Насколько мы понимаем ситуацию, США решили «простить» Японии захват французского Индокитая. Таиланд дал разрешение на размещение японских войск на его территории, а это всего в пятистах километрах от Сингапура. В настоящее время маленькая Япония выросла до 10 миллионов квадратных километров, при собственной территории равной всего 378 тысяч. А вы так до сих пор и не решили, чью сторону занять в этой надвигающейся войне. Экономически ни вам, ни нам эта война не нужна. От нее выиграют только Соединенные Штаты. Именно поэтому мы вам сегодня показали наше новое оружие, предназначенное для борьбы с военно-морской агрессией против нашей страны. Нам с вами выгоднее помочь Китаю и странам Индокитая освободиться от японской оккупации, чем помогать США продолжать свою агрессивную политику по отношению к их бывшей метрополии.

Подтекст у этих слов был, но Сталин не сказал ни слова о том, что в противном случае, если Черчилль займет недальновидную позицию в этом вопросе, мы будем вынуждены вначале обезопасить западные рубежи нашей Родины, лишить противника возможности накопить достаточное количество войск неподалеку от нас, а затем решать японскую проблему. В новой реальности, когда конструкторы и промышленность дали ему возможность диктовать свои условия, он самым тщательным образом взвешивал каждое слово, дабы оставить вероятному противнику ту самую соломинку, за которую он ухватится.