— Кекелетсо, — говорит женщина. — Пришли какие-то люди.

Кеке ворчит.

— Им нужно поговорить с тобой.

Она снова открывает глаза, моргая в жестком флуоресцентном свете. Почему в больницах так чертовски ярко?

— Кто? — ее губы слиплись, так что ей приходится повторить снова. — Кто?

Перед глазами появляется лицо Тембы.

— Здесь какие-то мужчины, они тебя ищут.

Она садится и пытается восстановить четкость зрения. Ее мозг все еще спит.

— Что?

— Они сказали, что им срочно нужно с тобой поговорить.

— Это насчет больничных счетов? Они оплачены.

— Дело не в больничных счетах.

Кеке вздыхает, прикасается к своим закрытым глазам подушечками пальцев и пытается уменьшить их припухлость, затем встает с постели Марко.

Почему медсестра выглядит пристыженной? Или извиняющейся? Что она натворила? Она открывает дверь, и в комнату входят три офицера полиции в униформе. Мозг Кеке не может осмыслить их присутствия. Они выследили ту женщину — Джексон? — которая сделала это с Марко? Но должно быть что-то большее. Зачем бы им утруждаться ее поисками в частной больничной палате?

— Добрый вечер, — говорит тот, что в центре. Двое других встают у двери.

Кеке смотрит в окно: сумерки. Сколько времени?

— Я детектив Рамфеле, с представителями южноафриканской полиции.

В голове Кеке звенят тревожные колокольчики. Это не имеет смысла.

— Откуда мне знать? — спрашивает она.

Он покачивается на ногах, словно разогревается перед погоней.