— Это кот, дедуля. Ты видел его раньше.

— Я не помню никакого кота… Я бы запомнил кота… Я не хочу кота.

— Очень жаль, но у тебя есть кот, и он здесь уже два месяца.

Дедушка хмыкнул.

— Ему лучше не ссать в мой ботинок, лунное дитя, — проворчал он, возвращаясь к своему завтраку и кроссворду.

— Сумасшедшая… заявилась домой… превращаешься в….. пьянчушку.

Я улыбнулась.

— Рада видеть, что прежний настрой к тебе вернулся.

И его аппетит.

Впервые за несколько дней у дедушки хватило сил выйти из своей комнаты и пойти на кухню. Было позднее утро, но это означало прогресс. Я ударилась головой и два дня пролежала в постели, но, возможно, прыжок со скалы сработал. Может быть, я притянула удачу, и с дедушкой все будет в порядке.

Прошлой ночью я заснула с Джулианом. Он тоже заснул. Время от времени его рука скользила по моей спине, по моей руке. Это было приятно. Сегодня утром он исчез.

Я не ожидала, что Джулиан останется до рассвета, но все равно проснулась с улыбкой.

Раздался стук в парадную дверь. Дедушка снова заворчал, бормоча что-то себе под нос, когда я отодвинула свой стул.

Мандэй стояла на крыльце с широкой улыбкой.

— Привет.

Она заглянула мне через плечо.

— Что делаешь?

— Завтракаю. Не хочешь войти?

Она указала мне за спину и прошептала:

— Бенни там?