— И мы — в Ящерке, у бывшего главного храма?

— Угу.

— Руку давай. Пошли с остальными знакомиться… Зоя? Мы ведь тебя уже отвязали?..

— Угу. Пошли. Только…

— Что?

— Ты сам всё скоро увидишь, — поднимаясь со скрипнувших досок, поймала я на себе сочувственный братский взгляд…

Мои «успокоенные домашние», все как один, торчали на балконе с торца дома. Правда, Дахи и монны Розет в наличии не имелось. Зато у Люсы дальнозорко бликовала труба (Арса подарок. Видно, на будущее Спо). Я, глядя на эту композицию, с младенцем по центру на подружкиных руках, заранее напыжилась и мысленно сплюнула через плечо. Виторио тоже притормозил. Правда, у него подзорной трубы не было. Так что пока шли исключительно молча и… вместе.

— И ведь как чуяло мое сердце, что не надо было тебя туда отпускать! В эту гремучую столицу! — первой выступила с «трибуны» обладательница трубы. — Здравствуйте, мессир Виторио!

— И вам всем хорошего дня.

— И ведь две ночи не спали. Ни я, ни Теодоро. Ну, у него-то зубки лезут. А я… от Мадонны не отходила!

— Люса! Марит! Мессир Беппе!.. Спускайтесь! — у-ух… мама моя.

— Зоя, а у нас — верхний передний прорезался!

— Марит, сюда ребенка неси.

— Ага… Так что, малыш теперь об край кружечки очень громко стучит!

— Марит!

— Правда ведь, Спо?!..

И мне показалось, меня саму этой «кружечкой», вдруг, накрыло… Так тихо стало вокруг…

— Что?.. Зоя, как она его назвала?

— Спо, Виторио.

— Почему, «Спо»? Я не понимаю… Зоя?