Почему-то Бэрроу сомневался, что сигарета и дружеская болтовня расположат к нему Лейлу. Нужно выбраться отсюда, прежде чем она его найдет. Фрэнк взглянул на узкий коридор, тянувшийся между пологом шатра и стеной временного здания. В надежде, что главный вход окажется незапертым, он побежал трусцой. Из основной части здания не доносилось ни звука. Бэрроу уже представил, как Лейла появляется в проходе прямо перед ним. Что он тогда будет делать? Он никогда не бил женщин – ладно, один раз, но тогда она нависла над ним с цепной пилой в руках. Однако ему не хотелось нарушать традицию, даже несмотря на сомнения по поводу человеческого происхождения Лейлы. Добравшись до конца коридора, Бэрроу выбежал из укрытия и рванул к двери. В несколько шагов он оказался подле нее и потянул за перекладину. С другой стороны, словно насмехаясь над ним, звякнула цепь и навесной замок. Фрэнк почувствовал, как на его спину легла тень, и обернулся.

Он был тут один. Ни следа Лейлы. Но Фрэнк не обольщался: она не могла уйти – скорее всего, она сейчас по другую сторону полога ищет его. Что ж, у него есть несколько минут, чтобы осмотреться в основной части шатра. В темноте он разглядел пятно над головой, возможно, закрашенное слуховое окно. Не лучший выход, но идей у него практически не осталось. Бэрроу перешагнул через канат и присмотрелся. Это и правда оказалось слуховое окно, только ему вряд ли удастся дотянуться до него, даже если он встанет на шезлонг. Хотя почему бы не попробовать, раз уж ничего больше он предпринять не может. Фрэнк пододвинул невысокую кушетку так, что она оказалась прямо под затемненным слуховым окном, взобрался и потянулся. До окна было слишком далеко. Он подпрыгнул, но это не помогло. Фрэнк замер: полог шатра колыхнулся. Бэрроу пригнулся, стараясь припасть как можно ниже. Он сосредоточился на мышцах ног, представил, как они выстреливают его вверх, словно катапульта, как он дотягивается до щеколды и ударом руки отодвигает ее. Затем еще один прыжок – он хватается за планку, подтягивается, плечами проталкивает вверх люк и выбирается наружу. В двадцать лет подобный поступок показался бы ему впечатляющим. Если бы только сейчас он мог отключить разум и взглянуть на ситуацию иначе. Ему нужна была та сила, которая появляется, когда ты напуган, разъярен, когда тебе уже нечего терять, – сила десятерых. Он знал, что это такое: он видел, как подобное происходит. Бэрроу взглянул наверх, пожелал, чтобы люк приблизился к нему, – и прыгнул.

Его тело распрямилось, и тут шезлонг под ним предательски покачнулся от толчка. Бэрроу забыл о люке и сосредоточился на том, чтобы удержать равновесие. В результате двух противоречивых команд тело его невысоко подпрыгнуло, а шезлонг перевернулся набок. Фрэнк приземлился, но не устоял на ногах и неуклюже упал. Стоило ему оказаться на полу, параллельно кушетке, как она закачалась и встала на место, тем самым задев еще и гордость Фрэнка.