Боль, страдания, жажда битвы, безумная сеча. Всё это захлестнуло Пустоши, превратившиеся в эпицентр войны.

Ведьмачи убивали тварей безостановочно. И, смотря на них, я понимал, насколько эти парни опасны в действительности. Шесть Ведьмачей, работая в команде, просто нарезали монстров в салат, колдуя и используя снаряжение. На моих глазах, Призрак самолично отрубил башку одному Вию, улучив момент и забравшись на загривок.

Про Альтурианцев и вовсе промолчу. Хорошо, что эти ребята теперь за нас. Вон, как веселятся и разрывают монстров на куски.

Ну а я, тяжело дыша, прижимал руки к коленям, смотря на окровавленный снег и вырывающиеся из глотки клубы пара.

— К-какого хрена так тяжело?…

Вступив в бой, я использовал всё, что у меня было. Когти и Мерзость менялись местами поминутно, жгуты разрывали чудовищ, впитывая их соки. Даже тёмно-красный туман, являющий нашу с Раастом силу душ, витал вокруг меня постоянно, позволяя использовать магию.

Но даже так, спустя пятнадцать минут боя… Мне было тяжело. Действительно тяжело. Я бы сравнил это с тем, если бы не подготовленный человек решил пробежать целый марафон. Да, я пожирал чудовищ, забирая их силы, но это… Не помогало! Я не понимал, почему так, ведь такого раньше не было! Неужели… Я сломался?

Той наполненности, эйфории и безмерной выносливости от поглощения живых существ, больше не было!

Дерьмо… Как же, сука, всё дерьмово!

— Ру-ар! — прыгнула на меня тварь, похожая на облезлого тигра.

— Пошёл на хер! — рыкнул я и ударил наотмашь когтями.

Куски вонючего гнойного мяса упали рядом со мной, а располовиненная туша, смачно плюхнулась в снег, исходя тёплым паром.

Зеленоватая кровь окрасила снег, а до носа достиг запах гноя и разложения.

Вновь тяжёлый вздох покинул лёгкие, а тело будто свинцом налилось. Я уж молчу про руки и ноги, что с трудом двигались и были будто деревянными.

— Господин, с вами всё хорошо? — раздался обеспокоенный голос Циры, принявшей свой естественный облик.

Медленно повернул голову и увидел, что Альтурианка была покрыта разноцветной кровью с головы до пят, а её глаза, в которых вращались звёзды, горели азартом битвы. Вот уж кому действительно в кайф от всего происходящего.

— Жить буду, — поморщился я и расправил плечи, подставив лицо холодному ветру.

— Продвигаемся! Отбросить их! — натужно рычал где-то вдалеке Догар, командуя войсками.

— Идём, Цира, — сделал я шаг, продавив сугроб. — Солнце ещё высоко, а работы дохрена.