— Китомандиклея? — после долго молчания окликнула Расиния.
— Да? — отозвалась Кит. Она обливалась потом, и тушь вокруг ее глаз начала подтекать. Всякий раз, когда Кит вытирала вспотевшее лицо, под ее глазами оставались черные потеки.
— Я только хотела спросить: почему ты выбрала именно это имя? Ты же сама его выбрала, верно?
Кит настороженно глянула на Расинию, явно подозревая, что над ней потешаются.
— Китомандиклея была королевой митрадакитов, — наконец ответила она. — Когда все прочие вожди выступили за то, чтобы покориться ванадитам, Китомандиклея с каждым из вождей сразилась в поединке и убила всех до одного. Затем она повела свой народ — и мужчин, и женщин — против ванадитов. Произошло это примерно за тысячу лет до явления Кариса.
— И что было дальше?
Кит пожала плечами:
— Бойня. Один из ванадийских вождей заколол Китомандиклею, а потом ее тело бросили под колесницы и ездили по нему, пока не превратили в кровавое месиво. Всех пленных мужчин ванадиты казнили, женщин и детей обратили в рабство. Знаешь, мы, ворданаи, отдаленные потомки митрадакитов. Говорят, если у кого-то голубые глаза, значит, в его жилах течет частица митрадакийской крови.
— Да… поразительное имя. Тебе когда-нибудь приходило в голову, что вожди, которые хотели покориться ванадитам, были правы?
Кит снова пожала плечами, и в глазах ее на мгновение мелькнула неловкость.
— Это же просто предание. Может, Китомандиклеи никогда и не было на свете.
— А как тебя зовут на самом деле?
Глаза Кит вспыхнули.
— Именно так меня и зовут!
Извини. Я просто спросила.
Расиния поглядела вперед. Первые ряды шествия, возглавляемые Педдоком, как раз переходили мост, который вел на Остров.
— Меня назвали, разумеется, в честь принцессы. Такая скука. Всегда жалела, что ношу такое заурядное имя.
— Первая Расиния, — сказала Кит, — была удивительной женщиной. Старшая сестра последнего языческого короля Вордана. Говорят, она умела исцелять хворых и с помощью чар отличать правду от лжи. Брат сделал ее верховным судьей страны.
— Что с ней стало?
Кит вздохнула.