— Ну, не мой наставник, а наставник земной миссии на Селентине, — поправился Ник. — Я должен его слушаться тоже. Он отвечает за то, чтобы вы, селентинцы, и мы, земляне, получше поняли друг друга.

Криста удивилась еще больше:

— А разве не ты теперь за это отвечаешь? Мы ведь выбрали тебя.

Значит, наставником стал ты.

Ник не сразу нашелся что ответить.

— Видишь ли, Криста, — сказал он, поразмыслив. — Я скорее не наставник, а исполнитель. Я прихожу в лагерь землян и все-все им рассказываю. Наставник со своими помощниками выслушивают, думают, совещаются и говорят мне, что делать дальше.

— Ага, — фыркнула Криста и смешно наморщила носик. — Все в точности так. Пичкают тебя глупостями, ты пытаешься вывалить эти глупости на нас, мы, естественно, отмахиваемся, после чего ты все наставления забываешь, наконец-то становишься самим собой и появляется возможность говорить с тобой как с нормальным человеком. Ник, мне кажется, что этот наставник занимает чужое место — твое. И помощники его тоже никуда не годятся. Убери эту математику подальше, я все равно в ней плохо разбираюсь.

— А кто разбирается хорошо?

— Кто? Те, кому это нужно. Шнырики некоторые. Вот, он, например, — Криста показала на самого маленького наездника на летающем диске, того, который все время молчал.

— Он? — изумился Ник. — А он что, разумен?

Криста, кажется, обиделась.

— Ник! Он, между прочим, селентинец!

— Прости, — поспешно выпалил Ник. — Я думал, на Селентине разумны только такие как ты, только люди.

Криста поглядела на него странно.

— Ну и чушь иногда лезет тебе в голову, Ник! Я бы до такого ни за что не додумалась, даже нарочно.

— Прости, Криста, — искренне извинился Ник. Еще раз. — Я многого просто не понимаю. На Земле разумны только люди, вот я и подумал, что у вас то же самое.

— Только люди? — с внезапной жалостью переспросила Криста. — Бедные вы, бедные… Нет, постой! А тот шнырик, которого поймал Буга? Он ведь брал какие-то пробы у озера. Ты хочешь сказать, что он неразумен?

Ник едва не поперхнулся — закашлялся и Криста не замедлила увесисто шлепнуть его по спине. Кашель сразу же прошел.

— Э-э-э… — протянул Ник, отдышавшись. — Тот шнырик был не живой.

Точнее, не совсем живой, хотя в нем присутствовали органические элементы. Я его вырастил, точно так же, как выращивал дома.