Стало ясно, Дамблдору живым я не нужен. Он меня отправил умирать. Но чем я успел ему помешать? Старику ничего не известно про состояние нашего рода.
Я пришёл к единственному выводу, ему нужна моя семья. А я мешал использовать её так, как ему нужно. Следующими будут Чарли и Билл, если не пойдут на поводу у директора.
— Эй, малой, — позвал меня Сириус, — ты видел Гарри Поттера? Тебе что-нибудь известно о нём?
— Мне нечем тебя обрадовать, он туп как пробка. Я пробыл в Хогвартсе всего два дня и каждый день у нас происходили конфликты, — потом я рассказал ему про несостоявшуюся дуэль и последствия. — У него появились друзья, Невилл Лонгботтом и грязнокровка. В школе их прозвали золотое трио, и с подачи Дамблдора им всё сходит с рук.
— Ты был предателем крови и после всего ты обзываешь юного мага грязнокровкой? — спросил Блэк, и я слышал, как другие сокамерники тяжело вздохнули.
— Сириус, я родился с печатью, от меня ничего не зависело. И я смог от неё избавиться. Ты родился в роду Блэк, разве тебе не рассказывали, чем грязнокровки отличаются от чистокровных магов?
Маглорожденные могут быть трёх видов: грязнокровки, дети сквибов, которых маги выкинули в мир простецов, и несут в себе родовые проклятия в уменьшенной форме, и одаренные.
— Я слышал этот бред от своих родителей. Поэтому и сбежал от них, — Блэк начал заводиться. — А где Гарри живет? Почему он не знает ничего о магическом мире? Где Фрэнк и Алиса Лонгботтом?
— Я не знаю. Я недавно вернулся домой, — ответил я. — Ты скажи, когда отсюда бежать собрался? Если я тут задержусь возьмёшь с собой?
Блэк молчал несколько секунд,
— Рон, отсюда нельзя сбежать! Мы пробовали. Здесь собрались сильные маги. И у нас ничего не получилось, — говорил печальным голосом Блэк.
— И что, вы все отчаялись и приняли свою судьбу? Думаете Темный лорд придёт и спасет вас? — спросил я.
Мне никто ничего не ответил.
***
— Это безобразие! — кричал Аркадий в кабинете у Императора. — Я первый раз видел такой суд. Его просто кинули в темницу, не предъявив ни одного аргумента его вины. И выставили его конфликт с Нарышкиными в качестве обвинения.
— Аркадий, успокойся, — сказал Станислав, — что ты предлагаешь? Мы и так поддержим его в суде. Через месяц назначено заседание, но мы не можем вмешиваться в дела другого государства. Почему ты так стал помогать ему?
Он посмотрел в глаза Станиславу и Александру V.
— Мне было видение, очень реалистичное. Я многое в нём не смог понять, но близится война. Страшнее ничего не было. Этот малец был там, и за ним шли в битву. Он должен сыграть важную роль.