— Да в болото всех этих южнокаталийцев и Гортама с советником, — рассвирепела Найзирия, — у тебя дочь счас с голоду сдохнет. Ты понимаешь?

Шайред Четвертый мог бы на это сказать, что изящный пятикилограммовый стульчик, полетевший в него после слов «эсванийский принц ждет от вас письмо, милая дочь», привидение не поднимет, уж тем более не бросит метров на шесть, но благоразумно промолчал. Найзирия редко сердилась, но в гневе была ужасна. И прекрасна. Вся женская линия королевской династии, время от времени, но норов легендарной прабабушки Ариши Шторморожденной, нет-нет, да покажет.

Ничегошеньки здесь не поделать. В обществе одаренных, где женщина нифига не слабый пол, а может быть и посильнее, с таким поведением смирились.

— Я разберусь с этой голодовкой, — величественно выплыла в коридор Найзирия, — постарайся пока просто не упасть с кровати в ожидании меня.

Подколку король стерпел, но едва Найзирия покинула опочивальню, соскочил и заходил в горестных раздумьях взад-вперед у кровати. Надо было что-то делать с этим самозваным претендентом на сердце дочери! Все беды от него. Аиша достойна лучшего!

С другой стороны, не будь этого наглого мальчишки, пролезшего уже на пост его наместника, Аишу бы он больше никогда не увидел. Король содрогнулся от этой мысли, колени подкосились, и он рухнул на кровать в муках отчаяния: никакому проходимцу он свою дочку вот так просто не отдаст!

Найзирия Роштийская посмотрела на пробитую болтом дверь, с обратной стороны, в опочивальню своей дочери и мысленно поежилась. Дочка у неё вроде спокойная, но может учудить — мало не покажется. Когда ей в последний раз показалось, что у графа Сетенты, первого королевского советника потные руки, а было это в момент, когда он пытался поцеловать в знак уважения ладонь принцессы — она ему руки и заморозила, недолго думая. Граф визжал настолько громко, что одна из её фрейлин, беременная на восьмом месяце — родила.

Королева коротко постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, отворила.

— Аиша, девочка моя, всё хорошо?

Ей никто не ответил. Принцесса лежала на кровати, демонстративно игнорируя мать, с учебником магии воды издания Восточной Академии в руках. Бардак в комнате уже убрали служанки, ничто не напоминало о буйстве принцессы, и о страстях, бушевавших минут пятнадцать назад, королева даже не догадывалась. Но показательное пренебрежение со стороны дочери сильно напрягало.

— Мы же тебе только добра хотим, доча, — зашла с козырей Найзирия.

Аиша громко фыркнула и перевернула страницу рукописи.

— Тебе же четырнадцать только, — не сдавалась королева, — думаешь лучше нас жизнь понимаешь?