Сейчас в порт медленно и почти что торжественно входил трехмачтовый корабль. Судно имело острый нос, тупой хвост и гладкое днище. Впрочем, это я заметила не сразу — больше всего впечатляли паруса. Огромные полотна глубокого алого цвета, с то и дело расцветающими на них рисунками диковинных узоров, затмевали собой все, что я когда-либо в жизни видела.

Не знаю, сколько времени я так стояла, чуть ли не с открытым ртом наблюдая, как корабль маневрирует по воздушной бухте, но оторваться смогла лишь когда команда удивительно ловко и быстро свернула алые паруса.

Мы стояли у парапета на одной из небольших малолюдных смотровых площадок Ламасара. Теплый ветерок, созданный климатическим куполом, приятно трепал мои распущенные волосы. Внизу суетились люди, принимая пассажиров, отгружая сундуки и коробки. И весь этот мирный пейзаж каким-то загадочным образом заставил меня разоткровенничаться.

— Знаешь, еще полгода назад все, о чем я мечтала, это оказаться здесь. В этом мире с этими людьми. И вот я здесь, получается, что мечта сбылась, но это не принесло ни радости, ни удовлетворения.

— Что же изменилось за полгода? — спросил принц, доставая из внутреннего кармана портсигар, инкрустированный драгоценными камнями.

— Кажется, будто бы все, — я пожала плечами, наблюдая, как Кирион чиркает спичкой. — Мой титул изменил все.

— Чушь, — возразил принц, прикурив, — Ты от рождения должна была знать о своем титуле.

— Я знала, конечно, но… — замялась, подыскивая слова.

— Но думала, что тебя это не коснется, — усмехнулся парень.

— Именно. Я была в этом уверена. Настолько, что позволила себе строить жизнь без оглядки на… все это.

Некоторое время Кирион молча курил, задумчиво глядя на воздушный порт. Я уже даже успела пожалеть, что начала этот разговор, как, наконец, парень словно собрался с мыслями:

— Титул дает огромную ответственность и лишь иногда — власть и влияние. Поверь, все знают, что Сольвейг эльд-Лааксо хоть и единственная в своем роде, но самая бесполезная наследница правящей крови. Ты не несешь угрозы. Ты не несешь пользы. Никлас идиот, раз верит, что твое присутствие в мире Льда может угрожать унитарности его государства.

Принц глубоко затянулся, запрокинул голову и с наслаждением выпустил дымовой кораблик.

— Столько комплиментов, даже и не знаю, просто зардеться или упасть в обморок от восторга.

— Я не закончил, — оборвал Кирион зародившийся поток желчи. — Ты сейчас просто девчонка, у которой внезапно появилось право быть равной среди правителей по крови. Никто не заставит тебя этим правом пользоваться. Ты можешь выбрать тихую жизнь где-нибудь на отшибе любого мира, выйти замуж и нарожать кучу детей или состариться в одиночестве. Нам всем все равно, сможешь ты доказать, что достойна магии цвета черного золота, или трусливо сбежишь, даже не попробовав. Но есть те, кто верит в тебя. Те, кто надеется, что ты сможешь изменить их жизнь к лучшему. Знаешь, почему Лиорионна сегодня орала дурью? Я мельком прочитал одно из ее личных писем, пока искал, нет ли возможности украсть приглашение. Она писала, что видела принцессу, и принцесса ее не разочаровала. Что теперь у детей Огня есть ты, и это все изменит. Что они смогут назвать домом то место, на которое ты укажешь. И я бы дорого дал, чтобы мой народ любил мою сестру так же, как твой любит тебя. Ни за что. Просто так. Искренне, как только умеют любить пылающие сердца.